Диана была права, что выйдя замуж за Нагорного, становишься королевой: выглядеть его жена должна соответствующе. Сам лично он мне ничего не дарил, но от него каждый день приходил посыльный и доставлял очередной предсвадебный знак внимания, обычно в бриллиантовой валюте. Мы ведь виделись практически каждый день, он мог бы сам, но… Я не знала, почему Святослав этого не делал, а спрашивать было неудобно.

Утром я стояла перед зеркалом и смотрела на свое отражение. Подвенечное платье, прическа, макияж, а еще жуткий мандраж. У меня тряслись руки, и я очень боялась измять нежный букет. Любит или не любит? Это очень важный вопрос. Вопрос моего счастья.

— Ты очень красивая, сестра, — ко мне зашла Диана. Стилисты и визажисты закончили с моим образом для венчания и оставили одну. Пора ехать, скоро папа зайдет за мной.

— Спасибо, Ди, — повернулась, промаргиваясь, боясь заплакать.

— Ярина, — она подошла, — ты влюбилась в него, — остро смотрела в глаза. — И предала родную сестру из-за мужчины. Ты не будешь с ним счастлива, — предрекла жестко и оставила меня в полном смятении. Мы ведь сестры, а она так… Святослав ведь никогда не был ее, но предательница почему-то я…

В церкви горели свечи, пахло ладаном, а голос батюшки нараспев отражался от стен храма. Церемония проходила как в тумане, единственное, что ободряло — твердая уверенная рука Святослава. Он вел меня незримо, я повторяла за ним.

— Имеешь ли ты искреннее и непринужденное желание и твердое намерение быть мужем сей Ирины, которую видишь перед собою? — спросил святой отец Святослава, назвав меня именем, данным при крещении.

— Имею, честный отче.

— Не связан ли обещанием другой невесте?

— Нет, не связан, честный отче.

Батюшка перевел взгляд на меня.

— Имеешь ли ты искреннее и непринужденное желание и твердое намерение быть женой сего Святослава, которого видишь перед собою?

— Имею, честный отче.

— Не связана ли обещанием другому жениху?

— Нет, не связана, честный отче.

Теперь я была его, Нагорного. Святой отец просил Господа благословить наш союз: раба божьего Святослава и рабы божьей Ирины. Слезинка скатилась против воли, внутри все замерло от пронзительного таинства, что происходило между нами.

Мой муж заметил, а во взгляде вопрос. Я медленно подняла ресницы, падая в его глаза с легкой полуулыбкой. Я вложила руку в его ладонь, отдала сердце и вручила душу, произнося клятвы и целуя святой крест. Признавая этого мужчину своим мужем перед Богом и людьми.

Через три часа торжества в ресторане я спряталась в холле за одной из колонн, чтобы немного передохнуть от настырного внимания гостей. Казалось, их было не меньше тысячи, силы и энергию выпивали уж точно на это число.