Он настолько привык воспринимать тростник в качестве мокрых, сваленных в бесформенные кучи стеблей, за которые поселенцам выдают суточный паек еды, что даже не рассматривал его как достойный строительный материал. Ну а ребятам это только на руку и повод лишний раз похвалить Акима, сообразившего, из чего лучше плот сделать. Когда надсмотрщики уже взвалили на себя охапки со стеблями и двинулись по тропе, Кабарра задержался, чтоб сказать еще несколько слов:

- Знаете, сколько в моей бригаде умерло поселенцев, с тех пор как вы здесь появились? – ни с того ни с сего спросил он.

- Нет.

- Десять. Ага. Десять поселенцев из тридцати.

Парни напряженно молчали, ожидая продолжения.

- На днях наступит сезон доджей, - снова заговорил бригадир.

- И сильно льет? - уточнил Аким

- Как из ведра, - Кабарра сморщился, - Иногда целыми днями. Ага. Подумайте, может вам лучше в лагере ночевать. К тому же Кагуна со дня на день выйдет на охоту.

- Так у нас костер, - легкомысленно возразил Аким.

- Зальет ваш костер, - Кабарра отрицающе покачал головой, - И Кагуна – необычный зверь. Ага. Его костер не остановит.

Кабарра развернулся и пошел догонять помощников. А друзья, дождавшись ухода бригадира, устроили совет.

- Это что сейчас такое было? – полюбопытствовал Аким, - С чего это вдруг Кабарра проявляет о нас заботу?

- Так он же сам сказал, - пояснил Макар хмуро, - Треть бригады уже померло. А мы ему шесть мер каждый день… Вот он и беспокоится.

- Верно говоришь, Макар, - подтвердил Вася, - Кабарра не о нас заботится, а о выработке. С него ж поди тоже свою меру спрашивают. Но вопрос в другом. Что нам теперь делать?

- Обойдемся без их лагеря, - с угрюмой решимостью рубанул Макар.

- Я тоже так думаю, - согласился Аким, - Мы свой лагерь обустроим. Завтра же навес сделаю и канаву вокруг прокопаю, чтоб огонь не заливало.

- А с кугуаром как же? – Вася не спешил соглашаться с друзьями.

- По-моему Кабарра просто жути нагоняет, - сказал Макар, - Какой бы этот Кагуна ни был, а он дикий зверь, и не может не бояться огня.

- Посмотрим, - задумчиво протянул Вася, - Эх, нам бы копья хорошие, да щиты…"

"- Будут, - пообещал Аким, - У меня тонкоствол на костре сейчас обжигается. Потом обгорелые концы заточу, вот тебе и копья!

- Так ведь нельзя нам оружие иметь?

- А мы скажем, что это мол шесты, чтоб плот толкать, - не сдавался Аким, - А точеные оголовки мы глиной залепим и в огне ее запечем. В случае нужды глину с наконечника сбить нетрудно.

В эту ночь, когда парни улеглись спать, Вася, как уже повелось, заступил в дозор первым. Подкинув веток в костер, он осмотрел обожженный торец тонкого ствола. Корень у него уже выгорел, а сам торец хорошо просох. И толщина у молодого деревца в самый раз, в руку ложится как надо.