Мы отбили у англичан много приличного вина. Монаха посадили в самом низу стола, угостили вином и мясом. Чавкал он громче, чем рыцари. Что значит — неблагородный человек!

Когда он насытился, маршал произнес:

— Какие новости ты нам принес? Говори, не бойся, здесь нет чужих.

Монах помялся немного, потер нос в прожилках, а потом сказал:

— Я могу помочь вам захватить аббатство.

— Сен-Мор? — насмешливо спросил Луи де Сансерр, заподозрив, наверное, ловушку.

— Нет, другое, — ответил монах. — При условии, что вы убьете аббата.

Хотел бы я знать, за что он так возненавидел аббата?! Уверен, что началось всё из-за какой-нибудь ерунды.

Типа неразделенной любви.

— Если аббатство богатое, возьмем грех на душу, — пообещал за всех Луи де Сен-Жюльен. — Так какое аббатство?

— Сен-Сальвен, — ответил монах.

Все сидевшие за столом командиры сразу посмотрели на маршала Луи де Сансерра. Это, как догадываюсь, говорило о том, что аббатство очень богатое.

— Послать туда всех я не могу, — сразу предупредил маршал. — Только два отряда: тебя, Луи де Сен-Жюльен и… — все остальные командиры напряглись, кроме меня, потому что знал, что меня не выберут, — …Карне де Бретона.

Остальные огорченно замычали.

— Для такого дела не помешал бы Венецианец, — предложил Карне де Бретон, которому сеансы кормления пиявок опять привели в норму кровяное давление.

— Можете и его взять, — быстро согласился Луи де Сансерр, потому что мой отряд был одним из самых маленьких в его войске.

Монах ушел утром, а мы выехали через день. Впереди скакали мои арбалетчики. Следом двигался отряд Луи де Сен-Жюльена, а замыкали бойцы Карне де Бретона. Все передвигались верхом. В деревне Пурьеон мы захватили много лошадей.

Через вражеские деревни проезжали без остановок. Каждый боец знал, что впереди ждет богатая добыча. Не стоит заполнять переметные сумы всякой дешевкой.

Примерно километрах в четырех от аббатства углубились в лес, остановились на поляне и принялись рубить деревца и изготавливать мостки для преодоления рва. По договоренности с монахом, он после полуночи откроет нам ворота. К тому времени мы должны незаметно подобраться к аббатству и ждать сигнал — помахивание фонарем. Мы слезли с коней, отпустили их пастись.

Три командира сели под дубом на принесенный бойцами ствол упавшего дерева, от которого воняло гнилью, плесенью, хотя сверху оно было сухим и крепким.

— А что, если там засада? — задал вопрос Луи де Сен-Жюльен.

— Если внутри, то погибнет несколько человек, а вот если снаружи… — Карне де Бретон не договорил.

— Давайте я пойду со своим отрядом. Если засады нет, подтянетесь вы, — предложил я.

— Нет, пойдем все вместе, — быстро произнес Луи де Сен-Жюльен.

Наверное, испугался, что мы ныкнем самые ценные трофеи.