Откуда этому дынеобразному тупице было знать, что он собирался отказаться от наследства? Они с Анфисой так и не доехали до нотариуса, так что доказательств у Сергея нет.

Он в бессилии откинулся на спинку сиденья, соображая, как быть дальше. Позвонить дяде Виктору? Но он ничем не поможет, только навредит своей репутации. Нет, нужно выпутываться самому. А как? Как?

Глава 13

Вознесенск, 1965

Геннадий робко постучал в дверь дома Гуровых – довольно добротного, состоявшего из четырех больших комнат, с красной черепичной крышей. Видимо, дядя, купивший его, не пожалел денег, желая, чтобы племянница не только жила возле него, но и жила в комфорте.

– Кто там? – послышался нежный голос Софьи."

"– Это следователь Беспальцев, – откликнулся майор. – Мне необходимо поговорить о ваших родственниках.

Дверь распахнулась, будто по мановению волшебной палочки, и молодая женщина, с красным заплаканным лицом, с растрепанными роскошными черными волнистыми волосами, в пестром домашнем халате, тихо поздоровалась и пригласила его в комнату.

– Я ждала вас, – прошептала она. – Если бы вы не пришли, я сама бы к вам отправилась.

Вы арестовали моего мужа, обвиняя его в убийстве дяди. Это чудовищная ошибка. Андрей не убивал, он просто не мог сделать это.

Следователь присел на удобный стул с высокой спинкой, не возражая и не соглашаясь с хозяйкой. Он знал: в таких случаях собеседники хотят выговориться, и их не надо подстегивать. Это может вызвать раздражение и нежелание беседовать.

– Я отдаю отчет своим словам. – Софья примостилась рядом, и следователь откровенно любовался ею. Настоящая библейская красота: тонкий нос с едва заметной горбинкой, строгий овал, черные глаза с поволокой, обрамленные длинными ресницами… – Андрей не убийца.

У него никогда бы не поднялась рука на моего дядю, – она сделала паузу, словно ожидая поддержки, однако Беспальцев продолжал молчать. –  Я не представляю, как мы будем жить без него. – Миндалевидный розовый ноготь нервно ковырял скатерть. – Дядя Моисей помогал нам деньгами, очень помогал, понимаете? Ссужал нам большие суммы и не требовал возврата. Вы, конечно, можете спросить: зачем нам большие суммы, раз Андрей работает? – Румянец чуть тронул ее щеки.  – Мы всегда очень хотели детей, но у нас почему-то не получалось. Через пять лет после свадьбы мы решили провериться, и оказалось, что мне требуется долгое дорогое лечение. Я не хотела говорить дяде – сами понимаете, это неудобно, но не выдержала. Видите ли, моя мама, его сестра, умерла, когда мне было шестнадцать, и уже почти двадцать лет он для меня самый близкий человек, – она горестно вздохнула. – Когда дядя Моисей узнал об этом, он сказал, чтобы я лечилась и не думала о деньгах.