Уж не заболел ли он? В общем, я хотел вас спросить… — Робин словно не мог подобрать слов. — Вы к этому, случайно, не имели отношения? — наконец выговорил он.

— Я? — удивленно спросил Колин.

— Вы тогда вернули мне расписки, — запинаясь, сказал Робин. — И я знаю, как Эмма относится к картежной игре. Хотя у нее для этого есть основания. Вот мне и подумалось, что, может быть, вы…

«Если я смолчу, — подумал Колин, — то не солгу».

Робин вглядывался ему в лицо. Наступила неловкая пауза. Выражение лица Робина вдруг изменилось. В нем не было больше тревоги, ее сменила решимость.

— Так вот, если вы об этом все же что-то знаете, я хотел сказать тому, кто за меня расплатился, что я ему очень благодарен и, конечно, хочу со временем вернуть ему эти деньги.

Да, парень совсем не дурак.

— И если вам случится… узнать, кто за меня расплатился, скажите ему, что я пришел к выводу, что проводить время за карточным столом… это… не…. не так уж… — И Робин беспомощно замолчал.

— …не такой уж хороший способ добиться успеха в обществе? — подсказал Колин.

— Вот именно! — облегченно воскликнул Робин. — Да и играть-то я толком не умею, — признался он.

— Неужели?

— Правда-правда, — весело сказал Робин, испытывавший большое облегчение от мысли, что самая трудная часть разговора позади. — Мне не так уж интересно играть в карты, — признался он, словно раскрывая постыдный секрет, — и вечно приходится ломать голову, где взять деньги, чтобы расплатиться за проигрыш.

Колин слушал его в сочувственном молчании.

— Так вот я решил… сообщить тому человеку, что больше я играть в карты не буду. Ну, может, иногда сыграю с друзьями по маленькой, — торопливо добавил он, словно испугавшись, что ему запретят и это.

— Очень разумное решение, — сказал барон.

Робин кивнул:

— Дело в том, что, по-моему, у меня совсем другой талант. Многие говорили мне, что я одеваюсь с большим вкусом.

— Да?

— Да. Даже Фаррел мне это сказал. Фаррел был законодателем мод среди светской молодежи…

— Поздравляю, — сказал Колин, с трудом удерживаясь от улыбки.

Робин принял его слова за чистую монету.

— Не многие посмели бы надеть такой жилет, — сказал он. — Но у меня нюх на моду."

"— Да, в этом тебе не откажешь, — почти искренне ответил Колин.

— Так что можете… То есть те, кого это интересует, могут за меня не беспокоиться, — заключил Робин, на лице которого опять промелькнула неловкость.

Колин молча кивнул, а Робин поклонился и прошел к группе молодых людей, стоявших у противоположной стены гостиной. Все вышло как нельзя лучше. Конечно, было бы очень приятно рассказать про этот разговор Эмме. Но этого делать нельзя.

— Я слышу, вы взяли эту девчонку Морлендов себе под крыло? — в эту самую минуту гаркнула тетя Силия, обращаясь к сидевшей рядом с ней Эмме.