Ваша жена нездорова и отказывается видеть вас.

— Силы Господни, если она больна, я должен быть с ней!

Служанка Розамонд поджала губы и молча уставилась в пол.

— Нэн, будь добра, объясни, что здесь происходит, — потребовал Роджер.

— Принцесса расстроена — фрейлины уложили ее в постель.

— Что ей наговорили? — вспылил Эдуард. — Или это моя проклятая матушка?

— Нет, лорд Эдуард, ей стало нехорошо еще до прибытия фрейлин.

— Нэн, ради Бога, выкладывай все! — не выдержал Роджер.

Нэн покраснела.

— Это… Алиса де Клар.

— Иисусе! — застонал Эдуард.

— Где Розамонд? — спросил Роджер.

— Внизу, господин… в своих покоях.

— Извини, Эдуард, — тихо обронил Род, прежде чем спуститься вниз.

Этим утром он рассердился, узнав, что его жена пользуется драконовым семенем, но сейчас решил не упоминать об этом. Если она страшится забеременеть, лучше поговорить с ней позже, не поднимая скандала, и попытаться развеять ее страхи."

"Но, увидев супругу, Род сразу понял — дело неладно. Розамонд так и пылала яростью, что придавало ей особенную красоту: голову она держала высоко, щеки горели, глаза сверкали.

Роджер подавил порыв схватить ее, отнести в постель и превратить бешенство в обжигающую страсть. Сначала он думал, что она сердится из-за Алисы де Клар, но первые же ее слова вонзились в него острыми стрелами, и Род понял, что разоблачен.

— Это правда? Неужели Эдуард действительно изменил Симону?

— Просто каждый пошел своей дорогой, — пробормотал он.

— Ты намеренно утаил это от меня! — воскликнула она.

— Я знал, что тебе это не понравится, Розамонд.

— Не понравится? Я была возмущена, оскорблена, убита горем, что Эдуард способен на столь гнусное деяние, а ты его поддерживаешь! Как ты мог перебежать в другой лагерь и покинуть Симона? Где твоя честь?

— Розамонд, война, особенно гражданская, несовместима с понятием чести.

Эдуард — Плантагенет, законный наследник английского трона. Если победит Симон де Монфор, он захочет провозгласить королем себя. Эдуард не потерпит ничего подобного — принц не из тех, кто покоряется.

— Зато ты не Плантагенет! Неужели отступишься от клятвы поддерживать Симона?

— Я прежде всего слуга Эдуарда и приносил присягу на верность ему.

Независимо от того, к кому примкнет принц, я дал обет преданности ему. Наш союз никому не разорвать.

— А как насчет нашего брачного союза? Я согласилась выйти за тебя, чтобы скрепить связь лорда Эдуарда и графа Симона. Получается, что все мои жертвы напрасны!

Жестокость ее слов покоробила Роджера.

— Твои жертвы? Что ж, приходится мириться с тем, чего нельзя исправить. Что сделано, того не вернешь. У меня нет времени спорить с тобой. Мы с Эдуардом вот-вот пойдем в бой.