Ларсон дернулся, но сдержал себя, только крепче сжав руки за спиной. Хороший знак. Раньше он мог бы сорваться, но теперь старается думать, прежде чем действовать. Видимо, корона всё же кое-чему его научила.

— Ты всё ещё такой же, — сказал он наконец, голос хрипел от напряжения. — Самоуверенный. Эгоистичный. Думаешь, весь мир вращается вокруг тебя.

— Весь мир? — я усмехнулся. — Нет, только моя жизнь. И те, кто в ней важны.

Его взгляд снова скользнул к Хелен, которая до сих пор стояла за моей спиной. Я чувствовал её напряжение, почти слышал, как она борется с желанием что-то сказать. Её молчание сейчас было практически подвигом.

— Ты просишь слишком многого, — сказал Ларсон, чуть отступая. — Ты требуешь для неё защиты, свободы, компенсации… Это больше, чем можно себе позволить в нынешних условиях.

— Это меньшее, чем ты можешь себе позволить, — ответил я. — Ты боишься ослабить свою власть. Боишься, что другие королевства воспримут это как слабость. Но ты знаешь, что не можешь себе позволить ещё одну войну.

Ларсон снова посмотрел на меня, и я понял, что он разрывается. Он ненавидит меня. Но он слишком разумен, чтобы не видеть правду в моих словах.

— Хорошо, — сказал Ларсон наконец, его голос был тихим, но твёрдым. — Я принимаю твои условия. Но знай, Кхагар, если ты хоть раз нарушишь этот пакт…

— Ты узнаешь об этом первым, — перебил я, кивая. — И я всё равно выиграю. Я ведь старший.

Мы смотрели друг на друга несколько долгих мгновений. Это был не просто спор между братьями. Это был момент, который менял всё.

Думал ли наш отец, когда ссылал мою мать и узнал, что я выжил, что подобное случится? Едва ли. Впрочем, за отсутствие дальновидности он уже поплатится своей жизнью. Не стоило ему трогать мою Хелен.

— Я буду ждать, когда твоя ведьма явится в Литерию, — добавил Ларсон, снова бросив взгляд на мою пару. — Если она решит воспользоваться твоим великодушием.

— Она свободна делать то, что хочет, — сказал я холодно. — И ты с этим ничего не сможешь поделать.

Ларсон хмыкнул, явно понимая, что спорить со мной бесполезно. Он повернулся к своим людям и жестом приказал им выйти из замка. Его уход был тихим, но наполненным скрытой угрозой. Он проиграл эту битву, но я знал, что он никогда не сдаётся полностью.

Когда двери за ним закрылись, я наконец развернулся к Хелен. Она смотрела на меня с тем взглядом, который всегда заставлял моё сердце замирать. Смешение недоверия, раздражения и, возможно, слабого проблеска восхищения.

— Ты поэтому не выпускал меня из замка? Из-за Ларсона и…

— Да, — честно сознался. — Я не мог рисковать твоей безопасностью.

— Правда думаешь, что я захочу вернуться в Литерию после этого? — её голос был ядовитым, но в нём чувствовалось беспокойство. — На твоих условиях.

— Ты же хотела свободы.