Она протянула Адаму трость, и в тот же миг послышался голос виконта:

– Добрый вечер, лорд Грейхок, – сказал он, подходя к ним.

– Добрый вечер, лорд Радьярд, – произнес Адам, протягивая ему трость. – Вы не могли бы подержать ее, милорд?

– Ах, конечно нет, – ответил виконт. – Ведь трость нужна мисс Райт, чтобы ходить…

– Уже не нужна, – ответил Адам, протягивая Кэтрин руку.

Девушка вложила свою ладонь в его, и граф вывел ее в зал. И тотчас же стало ясно, что упорные тренировки дали свои плоды. Хромота Кэтрин была почти незаметна, и она прекрасно чувствовала это, когда шла.

Когда же они с Адамом подошли к танцевальной площадке, остальные пары расступились, давая им дорогу. Кэтрин, слышавшая перешептывания, точно знала, что сейчас все глаза в зале были устремлены на нее. Девушку охватила нервная дрожь, но она тотчас же услышала шепот Адама:

– Не волнуйтесь, если споткнетесь или если я наступлю вам на ногу. Будем продолжать как ни в чем не бывало. Нам нельзя останавливаться. Понимаете?

Кэтрин кивнула и тихо сказала:

– Ах, все на нас смотрят…

– Ну и пусть. Я хочу, чтобы вы расслабились и наслаждались своим первым танцем. – Заключив ее в объятия, граф с улыбкой добавил: – А теперь давайте покажем им всем, как правильно танцуют вальс.

Когда заиграла музыка, Адам в нужный момент сделал шаг вперед, а Кэтрин, напротив, отступила на шаг. И носки их туфель ни разу не соприкоснулись, когда они двигались по паркету. Грудь Кэтрин высоко вздымалась, а сердце билось так, словно хотело выскочить из груди. Ведь она танцевала на балу с самым привлекательным джентльменом во всем Лондоне! Да, конечно, она прекрасно знала, что была не столь грациозна, как другие молодые леди, но ее это нисколько не беспокоило. Потому что сейчас Кэтрин чувствовала себя так, словно именно она была самой грациозной красавицей на свете. И все происходило в точности как в ее мечтах – она танцевала на балу с неотразимым лордом Грейхоком! В какой-то момент она забыла обо всем на свете, и теперь для нее существовал один лишь Адам, по-прежнему обнимавший ее и круживший в такт музыке.

Когда же танец наконец закончился, толпа разразилась аплодисментами. И только сейчас Кэтрин осознала, что они с Адамом были единственной танцующей парой. Ее тетя и дяди стояли в первом ряду и хлопали громче всех. А потом она услышала крики: «Браво, замечательно, блестяще!»

Кэтрин улыбнулась своему партнеру, а тот сказал:

– Дорогая, сделай им реверанс.

Граф по-прежнему держал ее за руку, и она, чуть приподняв другой рукой подол платья, присела в реверансе под продолжавшиеся аплодисменты. А потом Адам вдруг опустился перед ней на одно колено, и аплодисменты тотчас же стихли – в зале воцарилась абсолютная тишина.