– Но неужели вы не догадывались, неужели не чувствовали, что я люблю вас? Ведь именно поэтому я не мог удержаться, не мог не прикоснуться к вам, когда мы оставались наедине. Да, я хочу жениться на вас и сделать вас своей.

По телу девушки пробежали мурашки, и внезапно ей понадобилась трость, чтобы устоять на ногах.

– Никогда не думала, что услышу это от вас, – прошептала она.

Снова посмотрев ей в глаза, граф продолжал:

– Я почувствовал влечение к вам сразу, как только увидел вас впервые. И я уже говорил, что хочу вас больше, чем когда-либо любую другую женщину.

– Но вы говорили, что никогда больше не женитесь…

– Потому что не предполагал, что снова женюсь. Я боролся с моими чувствами к вам и отказывал себе в любви из-за страха за вас.

– Какого страха? – удивилась Кэтрин.

– Из страха за вашу жизнь, из-за страха, что вы можете забеременеть. Знаете, я много думал об этом… Вероятно, нам придется… кое-что делать, чтобы предохранить вас от беременности. Конечно, все это не слишком надежно, но нам все равно нужно будет соблюдать осторожность. Однако клянусь, что сделаю все возможное…

Кэтрин в изумлении смотрела на графа. Сердце же ее, казалось, остановилось в груди, а затем бешено заколотилось, так что громкий стук его, подобный грому, отдавался у нее в ушах. «Да что же он такое говорит?..» – недоумевала девушка.

– Нам придется кое-что делать? – переспросила она. – Я вас не понимаю…

– Вам и не нужно ничего сейчас понимать. Я все объясню позже. Ни один из способов не дает полной гарантии, но при комбинации всех доступных нам средств мы сможем быть уверены, что у вас не будет ребенка.

Не будет ребенка? Но она очень хотела детей. Кэтрин осторожно высвободила руку из руки графа и отступила на шаг.

– Вы говорите, что хотите на мне жениться, но не хотите, чтобы я имела от вас детей? Я правильно вас поняла?

Граф взглянул на нее с удивлением, словно не мог понять, почему она спрашивала об этом.

– Да, вы не должны иметь детей. Я не хочу рисковать, не хочу потерять вас, как когда-то потерял Энни.

И тут, глядя ему в глаза, Кэтрин вдруг осознала, как ужасно на него подействовала смерть любимой жены. В первый момент она не знала, что ему сказать. Она ведь даже не предполагала, что его терзал именно этот страх…

– Не вижу причин для опасений, – сказала она наконец. – Неужели вы решили, что потеряете меня при родах только потому, что потеряли ее?

– У меня имеются основания бояться этого. К тому же у меня уже есть наследник. Не забывайте про Диксона. Так что нет причин рисковать вашей жизнью.

Стараясь говорить как можно спокойнее, Кэтрин ответила:

– Поверьте, если мы поженимся, я стану Диксону хорошей матерью. Он славный мальчик, и я смогу его полюбить. Но вы должны дать мне слово, что у меня будут собственные дети.