Рауль понимал, что он несправедлив к Нейоми, но не мог не сравнить опытную светскую даму с Ларой, которая интуитивно знает, что ему нужно. О, разумеется, Нейоми умеет устроить прием, поддержать салонную беседу и никогда не скажет ничего предосудительного, но улыбка у нее неискренняя, а смеется она всегда сдержанно и никогда от души.

А Лара? Она не изображала интереса, слушая скучные рассказы о прошлых днях пожилых друзей деда — она действительно внимательно их слушала. Рауль уверен, что Лара понятия не имела, кто они или насколько важны и влиятельны. Она даже обняла его крестного!

А после того, как Лара незаметно ушла, пожилой греческий судостроительный магнат отозвал Рауля в сторону, схватил его за руку и, посмеиваясь, заявил, что тому очень повезло с женой: «Будь я на тридцать лет моложе, мой мальчик, тебе пришлось бы смотреть в оба!»

Для человека, который предпочел бы броситься под автобус, чем опять жениться, договор с Ларой его вполне устраивал.

Он хотел бы продлить эту сделку, но он успел узнать подлинную Лару и понять, что она заслуживает большего.

Лара заслужила кого-то, кто лучше, чем он.

Рауль закрывал окна, от которых тянуло холодом, и не обратил внимания на то, что Лара поморщилась от упоминания Нейоми.

— Она уехала?

— Кто?

— Нейоми.

Он кивнул и мысленно сделал заметку тактично намекнуть Нейоми сократить свои визиты.

— Ты бы еще полежала.

— Ты был счастлив? — Лара сжимала и разжимала тонкие пальцы, голос прозвучал глухо.

Что-то происходит в этой красивой головке, но в чем дело, Рауль не понимал. Он подавил желание прижать ее к себе и вместо этого раздраженно спросил:

— Ты про что?

— Говорят, что у тебя был идеальный брак?

— Да?

— Ты ее любил… свою жену? Ты был счастлив с ней?

С металлом в голосе он произнес:

— Ты — моя жена.

Лара понимала, что зашла слишком далеко, но она должна знать.

— Ты ведь понимаешь, о чем я спросила.

Он повернул голову и посмотрел прямо ей в глаза:

— Нет.

— Я спросила…

— Я знаю, о чем ты спросила. — Он криво улыбнулся. — И я тебе отвечаю. Нет, я не был счастлив.

— Если ты был несчастлив, то почему не развелся? — «И не женился на женщине, которую ты, очевидно, сильно любишь, но не можешь с ней соединиться».

Губы у него скривились в подобие улыбки. Он стянул с шеи галстук.

— Будь мир идеален, я так и сделал бы, но мир… — галстук упал на пол, — да и жизнь, — хрипло произнес он, — не идеальны.

— Я не понимаю.

— Конечно, не понимаешь.

Как она может понять? В Ларе не сокрыто черных тайн. Она полная противоположность Люси, такой внешне милой, такой чистой и непорочной, но, стоило с ней хоть в чем-то не согласиться, она превращалась в злобную и мстительную фурию, уверенную в том, что мир вращается исключительно вокруг нее.