— Дайте мачете, и я покажу, как сражаются настоящие якудза!

Схватки врукопашную мне были совершенно не интересны. Для получения даже базового владения холодняком нужны сотни часов тренировок, а у меня найдутся дела поважнее. Нужно разобраться, как и что здесь устроено, и сбежать из этого ада. А этого урода, поплевывающего на нас свысока, я прикончу без всякого сожаления.

Основные группы пленников под гнетом магической плети уже спустились в Бездну, откуда выход был только один — вниз и вперед ногами. Не собираясь работать на дварфов, я остался наверху и сел разглядывать укрепления, которые мне предстояло штурмовать сегодняшней ночью.

Мое намерение сбежать нисколько не уменьшилось и крепло с каждым замученным и убитым в яме.

Трупы поверженных без всяких затей обчищали, раздевая догола, а затем скидывали в пропасть, не заморачиваясь такими вещами, как погребение или сожжение трупа. Одно хорошо, для каннибализма это тоже не оставляло места. Бандиты, собиравшиеся напасть на меня в яме, после гибели трех подельников куда-то исчезли. Может, почувствовали, что я собираюсь ими заняться, не дав вымогать еду у простых работяг.

Сколько бы я ни смотрел на стену, количество ленивых стражей не менялось. Всегда не больше десятка на тысячу с лишним заключенных. Стена над уступом — длинная и не всегда удобная для осмотра территории. Даже машинами, спускающими канаты, управляют рабы, так называемая нежить, а не дварфы, как я подумал вначале. Выходит, никакой особенной проблемы в тайном проникновении нет. Да и спать низкорослые уроды должны, как и мы, а значит, план сработает.

— Что, герой, придумываешь лучший способ красивого самоубийства? — игриво улыбаясь, подошла ко мне вчерашняя девушка, уже раздобывшая где-то рубаху.

Хотя уже второго взгляда хватило, чтобы понять: это бывшие штаны с прорезью для головы.

— Не понимаю, о чем ты? — коротко ответил я.

— О, значит, как спать со мной — нормально, а поговорить тебе гордость не позволяет? — криво усмехнулась девушка. Ее некогда красивое лицо было обезображено кривым шрамом, идущим через щеку и губу. Возможно, только поэтому ей и не надели золотой ошейник. — Ты такой милый, что прямо челюсти до зевоты сводит. К тому же, если и в самом деле хочешь сбежать, смотришь совершенно не туда.

— В пропасти живут монстры, смысла туда смотреть нет. А край стены — вот он. Рукой подать, — нехотя заметил я, признавая истинность ее догадки.

— Вот только это Бездна, а не пропасть, — улыбнулась якудза, садясь рядом на согретый солнцем камень. — Орки говорят, что у нее и в самом деле нет дна. Она ведет в центр мира, где живет бог.

— Что за бред? Какой еще бог?

— Исполняющий любые желания. Абсолютно. Если у тебя хватит сил туда добраться.