Слава тоже не стал извиняться. Наоборот, подошел к шкафчику, куда мы вешали одежду, минуя охреневшую Агнешку, открыл створку, достал мою курточку. А когда подошел ко мне, по-джентельменски помог одеть. И под опешившие взгляды коллег мы покинули офис.

Сев в машину, мы молчали. Я даже не спрашивала, куда едем.

Слава тоже молчал. А потом, миновав несколько переулков, припарковался на центральной улице.

— Подожди минутку, малыш, — бросил мне и, поцеловав, выскользнул на улицу.

Уходя, заблокировал двери, и пока я, гадала, зачем: чтобы я не сбежала, или обезопасить меня, вернулся с огромнейшим букетом роз.

Никогда-никогда мне никто не дарил такую охапку. Настолько большую, что ее удержать невозможно.

— Ты что, весь магазин скупил?! — выдохнула я.

— Не успел. Спешил, — попытался поцеловать меня, но едва дотянулся.

— Славка! Спасибо! Спасибо! — я прижимала цветы к груди, некоторые розы падали, я пыталась их подобрать, и тогда падали другие. Но это было ни с чем не сравнимое удовольствие. А когда рассыпала почти половину, потянулась к Славке и поцеловала его. — Спасибо!"

"После мы решили перекусить.

Чтобы красивые розы бесцельно не засохли, я прихватила половину и стала раздавать прохожим, попадавшимся по пути.

Славка не возражал, а потом, когда увидел, сколько радости у меня и у прохожих, присоединился. Я раздавала по цветку, а он желал хорошего дня, настроения или еще чего-нибудь доброго.

Разойдясь, решили раздать и остальное, и пока справились — устали. Зато потом у нас проснулся акулий аппетит.

После ужина мы пошли в кино. Попали на мультик про пингвинов, потом на комедию, потом еще раз перекусили, а потом шли по весеннему вечернему городу и болтали о всякой ерунде.

Пожалуй, такого замечательного дня у меня еще никогда не было.

Вернулись домой веселые, довольные, и с еще одной охапкой цветов. И потом с смеясь и прикалываясь друго над другом искали по всей квартире емкости, чтобы поставить их в воду.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Утром мы проспали будильник и явились в офис с опозданием на час.

Входя, я приготовилась к шипению Гнеши, но ее не было.

— Захлебнулась ядом и ушла на больничный, — фыркнула Маринка, озорно подмигнув.

— Яду подкопит и вернется, — улыбнулась Вера Павловна. — А мы дождемся, когда Вячеслав Батькович уедет в банк и… — прищурилась. — Вызнаем у тебя, кого давеча он обещал придушить. Чай, не ждет ли наш небольшой, но дружный коллектив сокращение?

— Наш — нет, — повертела головой, сдерживая зевоту. — Много чести Гнеше.

— По кофейку?

— Скажу «да» живительной влаге!

Я сделала кофе себе и еще одну чашку отнесла Славке.