— Только хочу тебя предупредить, чтобы ты была готова и не нервничала: Карина приехала в город. — Он замер, вглядываясь в мои глаза. Наверно, ждал истерики от меня. Только эта новость — фигня, в сравнении с тем, что я сегодня пережила.

— Знаю. Она приходила в офис, и… — я не успела закончить, как Славка зарычал:

— Какого хрена! Вот сука! Прибью! В порошок сотру!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я даже подпрыгнула. Подумала бы, что это мне, если бы не крепчайшие объятия Славы. Когда окончательно убедилась, что это не в мой адрес, шепнула:

— Меня позови с собой — помогу: волосья ей подергаю, — и вместо слез, улыбнулась.

— Я пропустил скандал? — Слава стал слишком серьезным. Ему было стыдно, что это все коснулось меня, и после этого я перестала на него злиться. Вот совсем, потому что чувствовала его заботу, и она служила мне защитой.

— Еще какой! Досталось всем. Даже Вере Павловне…

— А тебе больше всех?

— Таки да. Поскольку ее рот остался без дела — она его открыла…

— И из него полилась грязь! — закончил Слава.

— Если бы благородная грязь, — вздохнула я.

— Викуль, прости меня, — он принялся с жаром целовать мне руку. — Она позвонила в банке. И я помчался предупредить тебя, что она в городе.

— Видимо, у нее ко мне накопилось больше чувств и экспрессии, — грустно хмыкнула.

— Викуль, давай, чтобы этого впредь не повторилось… Давай, бросай работу, будем жить вместе. И с охраной ты будешь защищена от ее выходок…

Я слушала и не верила. Жить вместе?! Да! Да! Да! Только не сейчас, потому что это будет выглядеть как трусость и бегство.

— Это так неожиданно, — наклонилась и прижалась лбом к его горячему лбу. — Но давай начнем не с этого. Давай, чуть попозже. Когда не будет между нами вот этой пакости, грязи. Она же ведь жжет, — приложила ладонь к груди. — Вот тут. И если все начать сейчас, то мы застолбим это чертов день. А я хочу, чтобы между нами этого не было… — Я пыталась быть сильной, смелой, уверенной, но после Славкиной заботы, расчувствовалась, не сдержалась, и по щекам потекли слезы. — Давай чуть позже. Хотя бы через неделю… когда…

— Когда скажешь, — Славка принялся целовать мои влажные щеки, вытирать слезы.

Я всхлипывала, а он, злясь на себя, на произошедшее, распалялся. А потом выпалил:

— Нахрен! Все нахрен! Поехали!

— Ку… Куда?!

— Гулять и развеиваться! Ну, идем?

— Идем! — я тоже чувствовала себя в офисе, как в клетке.

Слава схватил куртку, меня под руку, и мы вышли из кабинета.

Девочки, несомненно, слышали, как он костерил Карину, поэтому при нашем появлении подпрыгнули. Но делать вид, что ничего не слышали, не стали.