Тогда быть может подсылы князей самостоятельных княжеств изводят жену Ивана Васильевича, освобождая местечко? Но политика сейчас такова, что с ними Москве выгоднее враждовать и грубо подмять под себя, а не невесту у них брать.

Дуня нахмурилась и ещё немного подумав, решила, что это не её дело. Она слишком мала даже для того, чтобы разобраться во взаимоотношениях московских партиях, а чтобы понять, что делается в княжеской семье, уйдёт немало времени, а его, похоже, у Марии Борисовны уже нет. Чисто по-человечески её жалко, но…

Дуня почувствовала себя предательницей, но тут же напомнила себе, что пока что даже не решила проблему с Митькой, а чуть не поставила себе новую цель.

Нет, надо рубить сук по себе. Она вздохнула и предложила Маше заняться интересным делом, которое задумала ещё когда они все вместе собирали шишки, веточки, мох…

— Понимаешь, я хочу украсить наш дом всякими штучками, а для этого надо подготовить ткань.

— А-а-а, дары природы? — тут же вспомнила Маша и показала на полки, где собранное ими богатство было разложено и ждало своего часа. Дуня согласно кивнула, подтверждая, что сейчас пришло время заняться тем, что она давно обещала.

— Да, но этого мало.

Маша обрадовалась, но ткать ей сейчас не хотелось. Слишком долго! Поэтому девочка предложила:

— Но ткань можно взять в сундуках…

— Нет-нет-нет, такой у нас нет и её не купишь! Маш, если тебе неинтересно, то я сама всё сделаю, но ты будешь жалеть потом, — обижено воскликнула Дуняша.

— Мне интересно, но нет времени, потому что надо готовить себе приданое…

— Во-о-от! — торжествующе вздела палец вверх Дуня. — Это подойдёт для твоего приданого, клянусь.

Она воодушевлённо подскочила и откинула крышку сундука, на котором сидела.

— Иди сюда, смотри!

Дуняша начала доставать и выкладывать на стол заготовки, которые по её просьбе сделали Любаша с Аксиньей. Маша смотрела на аккуратно расчёсанные разноцветные пряди шерсти на столе и поглаживала их.

— Это ты с Аксиньей красила?

— Угу, Любашка чесала, а Аксинья помогала с окрашиванием. Ты спроси её потом, как мы это делали.

— Да я знаю, как красить, — чуть снисходительно произнесла Маша, — но у тебя здесь есть новые цвета. Это ты ромашкой красила?

— Угу.

— А это?

— Тоже ромашка, но закрепляла медным порошком. Ну-у, синий такой. На ремесленной улочке купить можно.

— Ясно. А это пижма? Мне нравится, хороший тёплый цвет.

— Угадала. А вот это березовыми листьями красила.

— Разве ты их собирала?

— Я многое у травницы купила.

Маша неодобрительно покачала головой. Тратить деньги на то, что можно было бесплатно собрать — расточительно. Но Дуне напоминать об этом бесполезно — у неё если есть идея, то она торопится, не желая обождать.