Потому как прекрасное лицо его, надо сказать, моментально испортилось здоровенной шишкой и почему-то покрылось сажей. Будто Зевс решил сыграть в старом фильме арапа Петра Великого вместо Высоцкого.

Не меньше десятка женских голосов тут же завизжали, примерно столько же мужиков манерно вскрикнуло — древние греки, что с них возьмешь. Целая толпа бросилась к Зевсу, чтобы поддержать громовержца.

А у меня из дыры на пол выкатилось изувеченное колечко Фортуны.

— Слава богине за все, — выпалил я. И, схватив замешкавшуюся от изумления Деметру, помчал вместе с ней к выходу.

— Кому там слава? — строго прикрикнула она, отталкивая попавшуюся на пути розовощекую красавицу.

— Говорю, хорошо, что они второй день бухают!..

Мы налегли на двери — здоровенные, метра четыре в высоту. Те нехотя подались вперед и открылись.

Мы выскочили на широкую парадную лестницу. Куда она вела и откуда спускалась, я даже предположить не мог, потому что тянулась она из черноты сверху и уходила в черноту внизу.

— Бежим, бежим! — не дала мне осмотреться Демка, утаскивая за собой вниз по лестнице. — Осталось совсем немного!

Я бежал за ней следом, чувствуя, как ступени начинают раскачиваться под ногами. Меня мутило. Из пальцев продолжал сочиться свет, и мне казалось, что еще немного — и внутри меня что-то лопнет, как слишком туго надутый воздушный шарик.

Следом что-то грохотало и топало.

— Скорее! — торопила меня Деметра, а у меня не было сил даже что-то ей ответить.

Блин, только бы не отрубиться здесь.

Пожалуйста, только не сейчас! Держись, Даня!

Звуки поплыли в ушах, и я услышал странное гудение и треск, будто где-то недалеко горел большой костер.

— Что это? — пролепетал я то ли вслух, то ли про себя, продолжая ритмично переставлять ноги. — Что… за звук?..

— Божественное наполнение начинает пожирать смертную оболочку, — коротко и четко ответила Демка, раскрывая портал.

— А-аа, ну тогда ясно, — протянул я.

— Что тебе ясно⁈ — разозлилась она. — Шагай давай!

И я провалился в портал.

Переход был адским.

Удар об пол вывернул меня наизнанку. Кости, мышцы — все внутри болело так, будто их разъедала кислота.

— Эй, ты живой?.. — сквозь шум в ушах донесся до меня голос Нергала.

Я с трудом разлепил веки и увидел, что нахожусь посреди склепа, и Нергал трясет меня за плечи.

— Кажется, — проговорил я. — Пока еще…

— Нам надо поспешить, или он не выдержит перехода, — сказала Деметра, подставляя мне свое плечо.

С другой стороны меня подхватил Нергал, и они потащили меня к вратам.

— Где Альба?..

— Снаружи, вместе с Лилит. Сам попросился на воздух. Здесь от энергии дышать тяжело.

— Понял.