Я бы с большей готовностью поверила, что по утрам она отвинчивает левое ухо, заливает в образовавшуюся воронку немного бензина, смазывает маслом суставы, чтобы не скрипели, удаляет из памяти ненужные файлы и врубает рабочую программу, нацеленную на то, чтобы морально уничтожить таких нерях и распустех, как я."

"Кадровичка была довольно хороша собой, и в то же время в ней не было ничего женственного. Правильные черты лица, густые волосы, хорошие зубы, четко очерченный крупный рот – несмотря на такие выигрышные данности, едва ли хоть один мужчина обернулся бы ей вслед. От нее так и веяло арктическим холодом. Ее губы были плотно сжаты, а глаза прямо и жестко смотрели из-под прямоугольных очков – почти таких же, как у Блондинки. На ней был черный строгий костюм с юбкой миди и немодные туфли на низком каблуке.

– Странное у вас имя, – наконец сказала она, сверившись с бумагами, – Мира. Вы, должно быть, Анна?

– Да, – промямлила я, – по паспорту. Но так меня никто не называет, да и… Что касается журналистики, то Мира Лебедева – это имя, которое уже известно в определенных кругах.

Нахальная ложь была отрепетирована заранее. Подружка посоветовала мне быть наглее и увереннее. Тогда, сказала она, собеседники будут пасовать передо мной. Закон джунглей. Густая, четко выщипанная бровь кадровички поползла вверх. По всей видимости, она не была знакома с правилами элементарной психологии. Или просто пасовать не привыкла.

– Очень странно. Во-первых, я о вас ничего не слышала. А во-вторых, насколько мне известно, журналисты обычно не ищут работу через кадровое агентство.

– А как? – севшим голосом поинтересовалась я. – Как же они ищут работу?

– По знакомству, – на ее лице не дрогнул ни один мускул, – я и сама раньше работала на радио и прекрасно осведомлена о законах стаи. Как только начинаешь вариться в сфере СМИ, тотчас же обрастаешь нужными связями. И если надумываешь сменить место, то тебе поступает сотня предложений… Если ты, конечно, ценный кадр.

– Такие предложения, конечно, есть, – нашлась я, – но я считаю… Считаю, что надо использовать все возможности.

– Похвально, – нахмурилась она, – и какую позицию вы хотели бы занять?

Я совершенно неуместно хихикнула, припомнив, что точно с таким же текстом обратился ко мне похожий на Джонни Деппа бармен, когда мы раздетыми оказались на его холостяцком ложе.

– Вообще-то… Мне хотелось работать бы редактором, – выдохнула я и поспешила добавить: – Хотя от вакансии журналиста тоже не отказалась бы.

– На телевидении, – уточнила кадровичка, пристально взглянув на меня поверх очков.

– Именно, – важно подтвердила я, радуясь тому, что невинная ложь, судя по всему, сошла мне с рук. Не так уж и страшна эта дама.