Мы побываем в Бангкоке, а потом отправимся на Ко-Самуи. Там даже красивее, чем на Гоа.

– И слышать не хочу, – вредничала я, приняв, однако, из ее рук туристический проспект с потрясающей красоты фотографиями. – Хм, выглядит впечатляюще.

– О том я тебе и твержу, – обрадовалась Настасья, – и потом, ты же сама говорила, что сидеть на одном месте мы будем, когда станем дряхлыми пенсионерками! Сейчас же наша участь – свобода! – Настасья раскинула руки, и какой-то проходящий мимо немец вытянул шею и одобрительно цокнул языком, потому что ее грудь почти целиком вывалилась из легкомысленного бикини.

– Моя участь – алкоголизм и бессонница, – пробормотала я себе под нос, однако подруга все расслышала.

– К тому же Таиланд – это страна свободы и любви. Ты сможешь проникнуться древнейшей философией буддизма и освободиться от того, что тебя мучает.

– Ты говоришь, как торговый агент, которому надо под любым предлогом впарить честному человеку яйцеварку. Лучше уж я вернусь в Эдинбург и расставлю точки над ё.

– О, как мы заговорили, – удивилась Настя, – вернуться в Эдинбург – прекрасная идея. Но сначала… Представь, мы ознакомимся с древней историей Таиланда и побываем на самых живописных пляжах.

Если бы я знала заранее, с чем нам доведется ознакомиться на самом деле, то, может быть, и не сорвалась бы с расслабляющего теплого пляжа. Но, к сожалению или к счастью, мне не дано предсказывать будущее. Поэтому, предоставив Насте возможность еще несколько часов меня уговаривать, я лениво дала свое согласие на то, чтобы в самые ближайшие дни порадовать своим присутствием древнее королевство Таиланд.

* * *"

"Наша независимость, внутренняя и финансовая, наша молодость и смелость носили нас по миру, словно грозовой шквал бадминтонные воланчики. Мы садились в очередной лайнер, чувствуя себя первооткрывателями, лихими и независимыми. Но в то же время наши женские сердцевины словно магнитом тянули к нам приключения, которые были связаны с переменой мест лишь опосредованно. В каждой новой стране, в каждом городке мы сканировали взглядом местных мужчин, начиная предсказуемую, но такую волнующую игру. В каждом кружочке нашей истрепанной карты мира нас ждала любовь в миниатюре. Я знаю немало девиц, которых подобное признание заставит поджать губы и наградить нас известным эпитетом. Но мы с Настасьей сразу условились, что раз уж истинное ураганное чувство, о котором прокричали все классики мира, нас пока миновало, то, не осуждая друг дружку и не мучаясь угрызениями совести, мы будем развлекаться на всю катушку. Риска испортить репутацию у нас не было, равно как и почти не было шансов повторно встретиться с героями наших миниатюрных романов.