Тебе так не кажется?

– Моя интуиция просто вопит о том, что здесь что-то не так! – Руслан был в ярости и едва сдерживал своего волка.

– Согласен, – ответил ему тесть и, поднявшись с кресла, подошел к мини-бару. Наполнив два бокала виски, он отдал один своему собеседнику и плюхнулся вновь на свое место. – Слишком много вопросов, недомолвок, и вообще, некоторые поступки Игоря мне непонятны. Например, если продажу вашего особняка я могу объяснить тем, что девочке тяжело жить там, слишком много печальных воспоминаний, но вот полный отказ от прислуги или увольнение твоего помощника… Зачем? Ведь так удобно, когда в компании есть человек, который в курсе всех дел и в любой момент может прийти на помощь.

– А меня смущает другое… Моя дочь всегда была довольно общительной. Да, близких подруг у нее как-то не было, но ее окружали приятельницы, девочки из института, какие-то одноклассницы. Теперь же она прекратила общение со всеми, бросила учебу, сидит целыми днями дома и практически никуда не выходит. Я не узнаю свою девочку и это меня пугает… – Руслан схватил папку и стал быстро листать, а потом дойдя до необходимой страницы, воскликнул.

 – Вот! Руслана продолжительное время посещала психолога, тот в диагнозе поставил затяжную депрессию и тем не менее, она бросила свое «лечение». Вопрос почему? И куда смотрит Игорь? Я боюсь, что ошибся в нем, доверив ему дочь. Очень боюсь. Мне кажется, он не тот, кем хотел казаться.

– Мы же проверяли его. Благополучная семья, единственный ребенок, только положительные отзывы от коллег и друзей. Молодой, перспективный, довольно успешный мужчина, – Мигель сделал еще глоток виски. – Неужели мы что-то упустили? Или все-таки дело в самой Руслане.

Гибель семьи сложно пережить… Наша девочка такая еще молоденькая…

Дверь распахнулась, и в кабинет ворвался ураган по имени Мария.

– Вам что-нибудь удалось выяснить? – с порога спросила она, переводя пристальный взгляд с мужа на отца, и обратно. Руслану периодически передавали отчеты о жизни их дочери, которые женщина зачитывала до дыр, и именно она первая забила тревогу, разглядев за сухими словами, несоответствия в жизни Русланы и ее мужа.

– Нет, – Мигель посмотрел на дочь, умышленно умолчав о любовнице зятя. Он понимал, что под воздействием эмоций Мария может сделать то, о чем потом пожалеет.

Поэтому просто опустил этот нелицеприятный факт. – На первый взгляд, они самая обычная семья, каких тысяча. Но меня смущает то, что моя внучка внезапно стала затворницей.

– Вот именно папа, вот именно, – Мария присела на подлокотник кресла, обнимая Руслана за плечи. – Моя девочка не могла так измениться. Меня пугает, что Игорь уволил прислугу, продал наш особняк… Что происходит за закрытыми дверьми их дома мы не знаем, и это настораживает.