– Я не позволю разговаривать со мной в таком тоне!

В наступившей тишине Сами вдруг разразился слезами и потянулся к Элинор за утешением.

– Посмотри, что ты наделал! – набросилась Элинор на Джасима, забирая у него ребенка. – Ты испугал его.

– Это все твое бесконтрольное поведение и отсутствие манер, – без тени колебаний парировал Джасим.

– Отсутствие манер? – задохнулась Элинор. – И ты смеешь говорить мне о манерах после всего того, что со мной сделал?

– Достаточно, – холодно отрезал Джасим. – Увидимся в моем городском особняке в семь вечера. Я пришлю за тобой машину.

Элинор крепко прижала к себе малыша, в отчаянии поняв, что он уже знает ее адрес.

– Не стоит беспокоиться, я не поеду.

– Ты моя жена, – напомнил Джасим.

Элинор отвернулась от него к окну.

– Мы все еще женаты? – сдавленно проговорила она.

– Конечно женаты. – Он взял ее за худенькое плечико и развернул к себе лицом. Сверкающие черные глаза впились в нее, знакомый дурманящий аромат цитрусового одеколона наполнил ноздри. – И я хочу вернуть свою жену и ребенка.

– Это не обсуждается. – Элинор положила подбородок на кудрявую головку малыша, глядя на Джасима широко распахнутыми глазами. Она не понимала, к чему он клонит. Почему говорит такие вещи? Он просто хочет забрать Сами. Молчание затянулось, их взгляды скрестились."

"Во рту у нее пересохло, сердце пустилось вскачь. В голове всплыли воспоминания о проведенной вместе ночи. Она ощутила рядом с собой его стройное, безупречное тело, горячее и жаждущее, ненасытное, снова и снова пробуждающее в ней желание и удовлетворяющее его. Щеки ее вспыхнули огнем, соски обернулись крохотными бутончиками, по всему телу пробежала сладкая волна.

Атмосфера наполнилась чувственностью. Джасим сгорал от настойчивого желания дотронуться до нее.

– К тому же я надеюсь насладиться брачной ночью, которой ты меня лишила, – прошептал он.

Элинор отгородилась от него, попросту закрыв глаза. Тело ее горело огнем, и ей стало стыдно за свои распутные мечты, обуревавшие ее всякий раз в его присутствии.

– Этого не произойдет, – бесцветным голосом сообщила она.

Джасим захохотал, и от этого резкого звука глаза ее широко распахнулись.

– Ты моя жена, – повторил он, как будто этот факт решал все и умалял даже ее неприязнь.

– К счастью, ненадолго. – Элинор направилась обратно в детскую.

Он задумчиво наблюдал за тем, как Элинор усаживает Сами на детский стульчик, и, пока воспитательница отвлекала его разговорами, Элинор ушла из яслей.

К своему рабочему месту она шла как в тумане, в глазах блестели слезы. Неожиданное появление Джасима шокировало ее. Чем оно обернется для них с Сами? Она не питала иллюзий.