* * *Боевая машина пехоты с белой буквой «Z» на броне остановилась на перекрестке, задрала кверху тонкий ствол 30-миллиметровой пушки и прошлась короткой очередью по окнам, из которых только что били гранатометчики националистов. Фасад дома на уровне четвертого–пятого этажей пустующего сейчас дома заволокло дымом.

– Порядок! Подавили «нациков», теперь пойдем на штурм, – один из пехотинцев обернулся к Егору.

В воздухе раздалось, перекрыв все остальные звуки боя, короткое громкое шипение, с которым летит реактивная противотанковая граната.

– РПГ!!!

Егор мгновенно упал на асфальт, вскормленные войной инстинкты спасли его и на этот раз.

Совсем рядом оглушительно грохнул взрыв. Пахнуло жаром по спинной пластине бронежилета, и по кевларовой каске застучали мелкие камушки.

Когда Егор поднялся, БМП-2 на перекрестке пылала.

– Медика сюда! Быстрее!

Кумулятивная граната РПГ-7 попала справа в мотор. Подобное обстоятельство в определенной мере и спасло экипаж, но на этом, похоже, чудеса закончились.

Механик-водитель выскочил из люка в передней части боевой машины. Кто-то из солдат стащил с него горящий бушлат, повалил на землю, прикрывая от нового обстрела. Наводчик-оператор тоже сам выбрался из башни, а командира с перебитыми ногами и сломанной рукой оказавшиеся поблизости солдаты вытащили.

– Отходим, мужики, сейчас, б…дь, боекомплект рваться начнет!

Всего закопченного, в ожогах «мехвода» положили на расстеленный на земле бушлат. Егор в белых медицинских перчатках приподнял одежду у него на животе. Месиво… Черная кровь, обрывки кишок и лоскутов ткани, там все изорвано осколками.

Видимо, из горящей БМП он выскочил «на адреналине», а теперь боль возвращалась. Егор скрипнул зубами: для него все было предельно ясно. Полевой медик вколол раненому сразу три шприц-тюбика промедола.

– Эй, медицина, нельзя же столько много, ты же сам нас учил! – окликнул кто-то из бойцов.

– Ему можно.

Егор все же развернул армейский перевязочный пакет и перевязал живот механику-водителю. На белой ватно-марлевой салфетке и бинтах сразу же проступили пятна крови.

У командира боевой машины оказались сломаны обе ноги и открытый перелом правого плеча. Шлемофона нет, на голове и на лице запеклась кровь. Ну, тут уже попроще…

– Мне нужны четыре доски или чего-нибудь похожего – плоского, широкого и длинного, – сказал Егор.

Бойцы притащили несколько полос пластиковой отделки или ламината из куч строительного мусора возле разбитых домов. В общем, хрен поймешь, что это, но для шины пойдет. Медик сначала вколол командиру боевой машины пехоты обезболивающее, а затем бинтами из перевязочных пакетов примотал пластиковые полосы к ногам.