– Толково придумал! Держи, – Егор бросил разведчику катушку широкого белого лейкопластыря."

"– Рвем когти, мужики! Если начнут атаковать, не втягиваемся в перестрелку, проскочим. Тапок в пол – и по газам!

* * *Это был сумасшедший скоростной автокросс по усыпанным кирпичными обломками и острыми стальными осколками улицам Мариуполя. Джип все время неимоверно трясло и подкидывало на ухабах, разведчики в кузове в полной мере ощущали себя дровами. Получивший в бронежилет девятимиллиметровую пулю из «Стечкина» командир разведчиков матерился сквозь зубы от боли. Конечно, ее скорость примерно наполовину меньше, чем у автомата: 320 метров в секунду против 750 у «Калаша». Но все равно приятного мало.

– Командир, давай остановимся в частном секторе, мне нужно будет «летуну» ногу перемотать! – перекрикивая грохот в кузове джипа, сообщил полевой медик.

– А он подождать не может?!

– Не хочу, чтобы он превратился в Мересьева – безногого летчика, героя Великой Отечественной войны, – с некоторым профессиональным цинизмом ответил Егор.

Такой довод «эскулапа» оказался решающим. Джип остановился в каком-то дворе у полуразрушенного пятиэтажного дома. Разведчики рассредоточились и взяли окрестности на прицел автоматов.

Расшнуровали и стащили высокий летный ботинок, Егор осмотрел голеностоп. Перелома, которого он так боялся, вроде бы не было. Но ушиб и растяжение связок серьезное. Медик достал из того же рюкзака укладки второй очереди эластичный бинт и соорудил плотную фиксирующую повязку.

– Теперь ты, командир. Снимай «броник», нужно проверить твою грудную клетку.

– Еще чего! Со мной все в порядке, – ответил разведчик.

Но было заметно, что ему очень больно. Дышал «Ветер» прерывисто, на лбу выступила испарина.

– Ты получил пистолетную пулю в бронежилет. Возможна ЗКТ – заброневая контузионная травма. В этом случае сломанное ребро запросто может пробить легкое. Тебе это надо?..

– Ладно, хрен с тобой, убедил!..

Под бронежилетом и под одеждой на груди разлился здоровенный лиловый синяк. Егор пробежался пальцами в медицинских перчатках. Похоже, ребро сломано не было, но трещина в кости – совершенно точно. Легкие, соответственно, оказались целы. Медик наложил тугую давящую повязку и сделал укол сильного обезболивающего.

– Не мое дело, конечно, но, похоже, весь наш запас везения мы уже исчерпали. Давайте-ка уматывать отсюда к едрене фене! Двое раненых за четверть часа – это слишком.

– Ты знаешь, у меня примерно те же мысли, – кивнул, морщась от боли, «Ветер». – Уходим на соединение с нашим батальоном.

Это соединение произошло у самого начала проспекта Металлургов, где перпендикулярно ему проходил проспект Ильича.