Пули с противным визгом отрикошетили от обломка бетонного столба. «Ветер» дернулся, но взял себя в руки и продолжал медленно идти вперед, держа автомат над головой. Неприятно, когда по тебе стреляют.

– Твою мать!.. Ты, птица залетная, быстрее думай, б…дь!.. Полгорода видело, как ты на парашюте спускался. Сейчас по-любому еще «нацики» сюда припрутся – вот тогда точно, боюсь, не отмахаемся.

В ответ снова хлопнул выстрел, на этот раз командир разведчиков рухнул на асфальт.

Егор дернулся вперед – спасать раненого.

– Не высовывайся, медицина! – придержал его за плечо один из разведчиков.

Тем временем «Ветер» заворочался на асфальте и неуклюже поднялся, держась за бок.

– Ты мне ребро сломал, сучий потрох! Доберусь – морду набью!

– Ладно-ладно, выхожу, мужики… Не стреляйте, – видимо, летчик все же сообразил, что чужие ради него подставляться под пули не будут.

Из-за завалов метрах в двадцати поднялась фигура в белом шлеме с поднятыми светофильтрами и, ощутимо прихрамывая, двинулась к разведчикам. На плече стволом вниз висел компактный автомат или пистолет-пулемет, издалека не видно. Но зато в вытянутой руке летчик уверенно сжимал массивный вороненый автоматический пистолет Стечкина.

– Опусти «пушку», не дури, «летун»… – командир разведчиков говорил с трудом, морщась от боли.

Егор, придерживая автомат на ремне, вместе с еще одним бойцом подбежал к командиру.

– Я осмотрю…

– Вот его осматривай!.. – поморщился от боли «Ветер». – И давайте-ка побыстрее. Уходим на джипе.

Егор кивнул и повернулся к русскому летчику.

– Что у тебя?

– Рука, левая… По-моему, сломана.

– А с ногой что?

– Подвернул, когда приземлился на парашюте…

Полевой медик быстро скинул плоский рюкзак с медицинской укладкой второй очереди. Достал оттуда складную полужесткую шину и приладил к поломанной руке. Бинтом перевязочного пакета сноровисто примотал ее и сделал перевязь через шею. Быстро сломал носик ампулы, набрал в шприц обезболивающее и сделал укол. Перекинув руку летчика через плечо, потащил его к трофейному джипу.

Мощный полноприводный пикап был спереди защищен наваренными стальными пластинами. Таким же образом прикрыт и кузов, в котором на самодельной турели за бронещитком установлен пулемет Калашникова. Из простреленной кабины уже вытолкнули труп нациста «Азова».

– На ходу пикап?

– Так точно!

– Все в кузов, «Марик» – за пулемет.

– Понял, – разведчик проверил ленту пулемета Калашникова на турельной установке и лязгнул затвором. Из патронного короба на кронштейне змеилась сверкающая латунью лента на две сотни патронов.

– «Укол», у тебя лейкопластырь есть? Нужно наклеить буквы «Z» поверх этих нацистских эмблем. А то нас свои же изрешетят.