— В славном доме Аль-Фатх мало воинов?

— Нет, Мехмед, — ухмыльнулся рогатый. — Просто у нас много денег.

— У нас тоже немало. Восемь крови.

Зелёный с остроконечным волосяным шлемом на голове презрительно скривил губы.

— Десять! И заканчиваем этот балаган, — с видом хозяина положения пробасил синерогий Верхан. — Несчастные предзы и так уже не рады, что встали на Путь.

— Страх закаляет, — хохотнул красный. — Моему дому нужны смелые воины. Десять крови и пара зелени сверху.

— И забирай, — внезапно согласился рогатый. — Переплачивать глупо. Всего три боевых. Уверен, ничего стоящего.

Похоже, этот Верхан специально подначил соперника, чтобы тот раскошелился. Но есть ещё двое.

— Слишком дорого. Я выбываю, — покачал головой зелёный.

— Десять крови за барана в мешке? — фыркнул жёлтый. — Оно того риска не стоит. Твои.

А и правда, они же покупают — я уже смирился с мыслью, что торгуются эти странные богатеи за нас — не зная, какие именно у нас есть дары. Да и те же: троерост, мастерство в бою, опыт. Может, тут одни слабаки, убегающие от старости?

— Я люблю рисковать, — ухмыльнулся красноволосый Мехмед. — И нам повезёт.

По-твоему, почему Высочайший год из года посылает именно меня за свежими предзами? У меня чутьё на таланты. Среди этих, — махнул он на нас, — такой есть. Готов поставить на это ещё столько же крови.

Взгляды архейцев вновь переместились на нас.

— Никак не пойму, — прошептал рядом Сёпа. — В батраки нас или в дружину берут? Что за Путь такой — на разряженных петухов спины гнуть?

Но никто, кроме меня и, может быть, Лима вопросов Сепана не слышал. Подняв глаза, я внезапно наткнулся на пристальный взгляд рогача.

— Не смеши меня, Мехмед, — осклабился синий.

— Десять крови. У тебя столько денег нет. Неужели собрался ставить марки Великого дома Эр-Драм?

Внезапно Верхан сделал пару шагов ко мне.

— Да мальчишку просто отец с собой притащил, — посмотрел он на меня сверху вниз. — В первый раз что ли? Когда денег полно, откормить семенами любимое чадо — раз плюнуть.

— Ответишь на ставку? — точно так же подошёл ко мне красный. — Десять крови на то, что у недоростка боевой дар.

— Ты не враг мне, Мехмед, — улыбнулся синий Верхан. — Не хочу, чтобы глава дома отрезал тебе уши. Давай на одну марку.

— На рубиновую? — прищурился «красный гребень».

— Обижаешь. Конечно.

— Лорды свидетели, — кивнул на жёлтого с зелёным Мехмед. — Принимаю.

И тут же обратился ко мне:

— Твой отец среди этих людей, мальчик?

— Нет, — мотнул я головой.

И, секунду поколебавшись, добавил:

— Господин.

Раз уж торги за нас выиграл красный, значит, придётся работать на него или на его родню.

— Как я и думал, — кивнул Мехмед. — И боевой дар у тебя, да?

Я кивнул.

— И ещё пара даров, да?

Какой проницательный дядька.

— Всё верно, господин.