Золотое правило: никогда не рассказывай руководству о случайных удачах, которые на самом деле падают тебе на голову гораздо чаще, чем принято думать. Любой обнаруженный факт, любое «установленное лицо» должны подаваться как результат неустанных и интенсивных оперативно-разыскных мероприятий и активной работы со спецаппаратом, иными словами – с агентурой. Руководство должно видеть, что ты трудишься в поте лица и что преступление раскрывается исключительно благодаря твоим целенаправленным усилиям, а не чудесному везению и слепому случаю.

И все-таки хотелось бы понимать три вещи.

Первая: почему Андрей Кислов внезапно отказался передавать права на экранизацию?

Вторая: почему он допустил ситуацию, при которой у сестры-наркоманки есть беспрепятственный доступ в его квартиру?

И третья: зачем Кислов кому-то рассказывал небылицы об Анастасии Каменской? Причем не о давней знакомой, с которой могли быть какие-то личные счеты, а о незнакомой женщине, работающей в Рязанской области, в маленькой типографии. О женщине, которую он едва знал. Зачем?

Светлана Гнездилова

Спустя неделю в доме не осталось ни одного предмета одежды Виктора Семеновича Гнездилова. Исчезли и его туалетные принадлежности, и блокноты, органайзеры и планнеры, и папки со служебными документами, и ручки с карандашами. На то, чтобы просто избавиться от вещей, много времени не потребовалось, но Светлана Дмитриевна предусмотрительно всё просмотрела. А вдруг Виктор искал Лёню? Или даже не искал, а хотя бы просто получал информацию о нем? Вдруг окажется, что муж был не так бессердечен, как она думает?

Но ни единого упоминания о сыне она в кабинете не обнаружила. Ни единого! Как будто Лёни вообще никогда не было у них.

«Надо найти Лёню, – билась в голове отчаянная мысль. – Найти и вернуть домой. Боже мой, почему я послушалась Виктора? Как я могла? Он же поработил меня, согнул, сломал, задавил! Права была мама, ох, права… А я, дура, не понимала, о чем она говорит. И потом ничего не понимала. Сорок лет смотрела ему в рот и делала, как он велел. Слепая, глухая, тупая, послушная. Нет, не послушная. Покорная. Как я могла? Почему позволила?»

Решимость крепла с каждым выпитым глотком, но потом все менялось: Светлана Дмитриевна засыпала, а проснувшись, вспоминала о Лиане.