Хотя после аварии и операций она еще долгое время нормально ориентировалась в обстановке, подлая деменция каким-то немыслимым образом в конце концов окончательно вернула ее в тот период жизни, когда она была здорова и полна сил. Бабушкин мозг категорически отказывался признавать и принимать то, что происходило потом. И еще у нее изменился характер. Из веселой оптимистичной хохотушки она превратилась в раздражительную брюзгу, грубую со всеми, кроме внука. Когда Вадим слышал, как она порой разговаривает с дедом-папой или с сиделками, ему становилось совестно из-за того, что с ним бабуля по-прежнему ласкова. Вроде как он особенный, он лучше, более достойный, что ли… Неприятно. Что-то вроде испанского стыда, когда сам ничего предосудительного не делаешь, но испытываешь жгучую неловкость за поведение другого человека.

Дед понимал его. И старался по мере возможности поддерживать и помогать. Вот и сейчас попытался ответить вместо Вадима, чтобы дать внуку небольшую передышку.

– Ну какие девочки, что ты? Вадюша постоянно занят, он много работает, у него нет времени на эти глупости.

– Где это он работает? – сварливо поинтересовалась Бабу, не отвлекаясь от своего занятия. – Когда? После школы? Вместо курсов? Ты хочешь сказать, что он нам врет, что якобы где-то там учится, а сам мешки грузит на складе?

Дед досадливо мотнул головой, мол, виноват, не так сказал.

– Учеба – это тоже большой труд, важная работа. К ней нужно относиться ответственно. Успеет еще с девочками нагуляться.

Бабу повернулась к ним и приняла угрожающую позу, вперив в мужа выставленный указательный палец. Рука ее заметно дрожала, и сердце у Вадима привычно сжалось."

"– Вы оба ничего не понимаете! Ваш труд, ваша работа – это все филькина грамота, – заявила она. – Вот такие, как вы, страну и развалили. На уме одна работа, одни деньги! Думать надо о любви, о семье, о детках, тогда и порядок в стране будет. Что вы мне про работу талдычите? Еще не все деньги заработали? Мало вам? От жадности не лопнете? В золоте купаетесь, а сами у меня приправы воруете, все ищете, чем бы еще поживиться.

Украденные приправы были любимой бабушкиной темой. Она всю жизнь проработала поваром, и ее профессионализм не смогла победить даже коварная болезнь. Впрочем, говорят, что профессиональные знания и навыки сохраняются дольше любых воспоминаний и утрачиваются в самую последнюю очередь. Готовила Бабу до сих пор превосходно и делала это сама, никому не доверяя свое место у плиты и разделочного стола.