— Больно надо! Оделся бы лучше! Ходит тут по чужой квартире, как у себя дома! Надеешься соблазнить меня и склонить таким образом к добровольному сотрудничеству?

— А что, не получается? — хмыкнул Влас. — М-да… а я то наивно полагал, что перед моими чарами не устоит ни одна девушка… эх…

Зря он это сказал. Разумеется, я тут же представила, как полуголый Влас расхаживает по кухне у Вики. Может, впечатлительная скромняшка с конспектами перед его чарами и не устояла, но меня голыми руками не возьмешь! Я почувствовала, что зверею, и выпалила:

— Да ты… хуже продажной женщины! Торгуешь тут своими телесами, чтобы манипулировать наивными дурочками!

— Что? — обалдел Влас. — Какими дурочками я манипулирую?!

Я осознала, что ляпнула, и едва не взвыла! Да что это со мной? Неужели неудача с Ксюшиным заданием меня так подкосила? Или я из-за расставания с Денисом такая нервная и вспыльчивая? Да еще и Влас никак не желает дать мне хотя бы малюсенькую передышку! Я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Успокойся, Тоня. Тебе ведь нельзя нервничать… легко, блин, сказать!

— Просто уйди, — устало попросила я. — Пожалуйста. Из-за тебя я не могу расслабиться в собственной квартире. Постоянно приходится быть начеку! И знаешь, это страшно

выматывает.

— Ты вымотана, потому что борешься. Как только поймешь, что я не враг, сразу все встанет на свои места, — мягко объяснил Влас.

— Значит, ты упорно не желаешь принимать всерьез мои просьбы? Думаешь, я не до конца осознаю, что мне нужно на самом деле?

— Угу, — невозмутимо подтвердил он.

Я скрипнула зубами. Ах так? Ну, тогда держись!

— Вот поэтому я от тебя сбежала! И не жалею об этом! А еще знаешь, что?

— Что? — как-то напряженно спросил Влас, нехорошо прищурившись.

— Я сделала бы так снова!

Его лицо окаменело. Я поняла, что перегнула палку.

— Не доводи меня до греха, Тоня… — Край толстенной столешницы смялся и раскрошился в руке Власа, а он этого даже не заметил. — Я же говорил, что на взводе!

Наверное, еще сегодня утром я струхнула бы не на шутку. Но не сейчас! Ярость буквально разъедала меня изнутри.

— И что ты сделаешь? — прошипела я, вскакивая. — Снова начнешь угрожать здоровьем близких?!

Вместо того чтобы окончательно озвереть, Влас вдруг, наоборот, успокоился.

— Есть и другие отличные способы, — ровно заметил он. Что-то не пойму — это он взял себя в руки, или так у него выглядит крайняя степень злости? — К примеру, ты полностью уверена, что в момент очередного срыва не выскочишь за городскую черту? Сегодня ты видела во мне союзника и я довольно легко направлял тебя в нужную сторону. Вчера же, когда ты видела во мне противника, я, наоборот, специально заставлял тебя нарезать круги по району, периодически бросаясь наперерез.