Речь у него такая же дефективная. Такою ощущение, что он сейчас всё вокруг забрызгает слюнями. Мерзкий, короче.

—Ты ничего не перепутал мальчик? — выкакала эта образина, — Надеюсь, ты понимаешь, что будет с тобой и твоей семьёй, когда сядешь?

—Правильно. Лучше сам сдайся и вымаливай прощение. Наши деньги тебе ничего хорошего не принесут, да и нет дома крупных сумм. И я никому своих внуков пугать не позволю, — к беседе присоединилась жена генерала."

"Тётка ранее работала в системе прокуратуры. Даже какой-то пост занимала. Сейчас на пенсии, но гонора и наглости не утратила.

Они действительно такие тугие? Или в их изъеденных гниением и коррупцией мозгах не укладывается, что какая-то шавка из народа способна перечить таким важным людям?

Резкий удар прикладом в ключицу и жирная тварь с грохотом падает со стула. Ещё удар, уже ногой и зять тётки корчится рядом. Не понравился мне его взгляд. Семейка полна сюрпризов, вдруг спортсмен какой-нибудь. Прислоняю ствол к голове Екатерины Гальпериной, с которой и началась наша трагическая история.

—Считаю до трёх!

Зал у слуг народа просторная. Это вам не моя малогабаритка. Здесь человек пятьдесят поместятся и даже больше. Разлеглись и ещё бы несколько поместились.

—Ты, — показываю на старшую сестру Гальпериных, — Вот скоч. Сначала связываешь руки за спиной детям, хахалю Кати, своему мужу, старшей Ковалёвой и далее подходишь ко мне. Потом вы все дружно идёте в другую комнату и не отсвечиваете. Ферштейн?

Не сразу, но эта корова справилась. Далее я перемотал ей руки липкой лентой. В отличие от дрожащей дамочки чувствую себя абсолютно спокойно. В голове продолжает играть тот же мотивчик. В любом случае возврата нет, так чего уже нервничать? Живым я сдаваться не собираюсь, а умирать уже привык. Гы. Запер семейство в кладовке рядом с кухней, не выпуская из поля зрения заложников. Я с детьми и невиновными не воюю, а вот остальные должны получить по заслугам. Тётка продолжала подвывать, держать на плечо. Остальные молча сопели в вычурный паркет.

—Ты не посмеешь, — нарушила молчание Жанна, — Тебе не простят.

Умная сучка. Догадалась, что я пришёл не взывать к отсутствующей у данной публики совести. Игнорируя выкрик девушки, начинаю также спокойно свой рассказ.

—Два года назад, две девушки-мажорки решили чего-то отпраздновать. В гости к ним собиралась ещё подружка, поэтому они поехали её встретить. То, что они уже были пьяны, дело десятое. У обоих девушек папы генералы и они могут позволить себе любые вольности. Но машина у Кати мощная, выпила она много и не удержала руль на повороте. А то, что она сбила идущего по противоположной обочине человека неважно. Ведь наша героиня выше законов, которые должно соблюдать всякое быдло.