По данным разведки, не менее полка пехоты при поддержке драгун и нескольких батарей.

Шабран вынужден растягивать свои силы, так как с правого берега он опасается атаки наших войск. До этого был бой за переправу, где французам пришлось приложить много усилий, чтобы выбить русские войска на правый берег. Далее они два раза попали в наши артиллерийские ловушки, когда идущую маршем колонну буквально в упор расстреляли картечью с противоположного берега. Этот приём я могу смело занести в свой актив. Использование складок местности и тактика засад были предложены мною сразу.

Понятно, что невозможно сравнивать орудия XVIII века со скорострельными пушками или миномётами. Но заранее подготовленная засада, плюс проведённая пристрелка, да ещё картечью с двухста метров — это страшная сила. Так что и 7-ю дивизию противника мы познакомили со своей странной тактикой, заставив французских солдат нервничать, глядя на лесные массивы противоположного берега Рёйсса.

—Вы ничего не хотите добавить, Ваше Высочество? — голос фон Миллера вывел меня из размышлений.

—Надо заранее подготовить точки переправ для конницы.

Пусть охотники выберут места на нашем и на противоположном берегу, где коням удобнее заходить и выходить из реки. А также надо сосредоточить всю артиллерию на противоположном берегу, чтобы она поддержала огнём отступающие отряды прикрытия. Но вы вроде об этом упомянули.

—Как ваше самочувствие?

—Не дождётесь, — отвечаю под смех присутствующих."

"На крыльце меня перехватил Дугин и, не дав пообщаться с офицерами, уложил в телегу. Через некоторое время понимаю, что меня везут в другую сторону и народу вокруг повозки стало больше.

Точно — остановились около реки, и я окружён егерями. Давно не видел парней практически в полном составе. Ребята осунулись, одежда пообтрепалась, но морды лица были довольные и наглые. Они давно начали посматривать на другие части свысока. А сейчас на деле поняли, какая пропасть между подготовкой егеря и простого пехотинца.

—Это как понимать? Чего вы тут самовольничаете? — обращаюсь к подъехавшим фон Рентеленю и Фитцнеру.

Мой зам был само раскаяние, а вот артиллерист серьёзен и ничуть не смущён. Егеря без команды отъехали на несколько метров, давая нам пообщаться без лишних ушей.

—Ваше Высочество! Я буду говорить прямо, так как не любитель всяких экивоков, — начал разговор фон Рентелень.

Улыбаюсь, так как не хватало добавить про старого солдата, не знающего слов любви из любимого фильма моей мамы. И вообще, Георгий чем-то похож на молодого Козакова, только он светлее и голубоглазый. Сам типаж, манера, осанка весьма схожи. Только мой товарищ настоящий русский офицер, а не говённый космополит, живущий там, где жопа в тепле.