Служанка помогала Маре переодеться с дороги и попутно выкладывала все последние новости.

— Ох, мадхен, знаете, что у нас тут было?!

И не дождавшись ответа тут же продолжила:

— За то время, что вас тут не было, его величество как косой прошелся. У нас тут на отборе поменяли всех! Ну, — она горделиво улыбнулась и ткнула себя в грудь. — Кроме нас, прислуги. Прислуга — она завсегда нужна, без нее никто не обойдется.

— Это точно, — механически кивнув, пробормотала Мара.

Сразу же вспомнился ее верный старый слуга Хиберт. Интересно, как он там, один ведь остался. Одному трудно…

А Гизел склонилась к ней ближе, понижая голос до шепота:

— У нас теперь новая смотрительница, матрес Пасквел.

Так вот, мадхен Мара, она такие состязания невестам устраивает, вы не поверите! Девицы-то наши лезут из кожи вон. Уж они и поют, и вышивают, и даже этим… Ваянием занимаются в саду. Представляете, махен?! А его величество потом выбирает лучших.

Непосредственная служанка захихикала, а потом сказала:

— Так что вы, мадхен, вернулись очень вовремя!

— Должна тебя огорчить, — сказала Мара. — Я больше не участница на этом отборе.

Меня его величество взял в долг.

Гизел перестала смеяться и взглянула на нее.

— И что же вы теперь… — начала уже другим тоном."

"— Его величество сказал, что я теперь буду сиделкой. Или компаньонкой. Так что тебе, наверное, не стоит строить больших планов на мой счет.

Служанка смотрела на нее молча, какая-то работа мысли отражалась на лице. Понятно, у девушки свой интерес. Но лучше сразу все выяснить на будущее.

— Извини, если не оправдала твоих ожиданий, — невесело усмехнулась Мара.

Хотела отвернуться, а та вдруг сказала очень серьезно:

— Это ничего, мадхен.

Главное, что вы здесь, а с остальным разберемся. Так, вы пока отдыхайте, а я принесу ужин.

И убежала.

А Мара ненадолго осталась одна. Прошлась по комнате, потом некоторое время стояла у окна, наблюдая, как потихоньку опускается вечер. Хорошо, что ей никуда не нужно идти. Маленькая уединенная комнатка ощущалась пусть и иллюзорным, но убежищем.

Через некоторое время вернулась Гизел с подносом, полным разной еды. Здесь были деликатесы, а еще душистый свежеиспеченный хлеб и фрукты. И в небольшом стеклянном графине морс.

Надо же, подивилась Мара, в первый приезд, когда она была претенденткой на отборе, кормили значительно хуже.

Но это было еще не все, Гизел вытащила из кармана баночку с притираниями.

— Вот, это для ваших рук, мадхен. А то вы, видать, в последние дни их не особенно щадили.

Мара мысленно усмехнулась, разглядывая ногти. Сказалась ее усиленная работа в саду. А та деловито наставляла:

— Ничего, мадхен, не извольте беспокоиться, мы вас быстренько в порядок приведем. Теперь поешьте, а я вам ванну приготовлю.