Из замка ее беспрепятственно выпустили в город. Там Мара остановилась в ближайшей гостинице, потому что уже наступил вечер. А с утра вместе с первым транспортом, направлявшимся из Лендрио в сторону Даршантца, уехала домой.

Съездила на отбор.

Часть вторая. Глава 16

Обратная дорога всегда кажется короче, наверное, потому что двигаясь «туда» больше обращаешь внимания на детали и чувствуешь себя напряженно. А когда едешь обратно, просто отмечаешь уже знакомые ориентиры.

Сейчас Мара почти ничего не замечала вокруг себя, а вид за окном повозки сливался в сплошное серое пятно. Иногда ей чудился шум погони, и это заставляло ее прислушиваться и нервно вздрагивать. Но когда выехали за пределы столицы и покатили по главному тракту, ясно стало, что страхи напрасны, никто ее преследовать не будет. Странно это было состояние.

В довершение всего пошел дождь. И потому дорога тянулась долго и однообразно. Однако рано или поздно все кончается.

С опозданием в один час они прибыли в Даршантц.

В сам городок возница заезжать не стал, остановил у постоялого двора на окраине. И пока меняли лошадей, тем пассажирам, кто желал ехать дальше, была предоставлена возможность размять ноги. Можно было пройтись, или же пересидеть это время в харчевне. Прогуливаться под дождем было сомнительное удовольствие, и Мара решила зайти поесть вместе с остальными.

Обеденный зал был большой и довольно-таки закопченый, да и народ, сразу видно, простой и нетребовательный. Но в ее положении перебирать харчами не следовало.

Только Мара со своей порцией горячей похлебки устроилась за столиком и уже собралась есть, как вдруг услышала краем уха интересный разговор. И чем дальше вслушивалась, тем больше ей хотелось провалиться сквозь землю. Потому что говорили о ней.

Казалось бы! Только вчера все это произошло, а уже по всему Хигсланду судачат, что какую-то там девицу выкинули с отбора. С какой колоссальной скоростью распространяются слухи… Аппетит пропал к черту.

— Представляете, говорят, ее прогнал сам король.

— А…

— Да, — голос рассказчика понизился. — Говорят, за непристойное поведение.

Это вызвало немедленное оживление среди слушателей:.

— Оооо…

— Наверное, эта девица была та еще штучка!

— Угу. И еще говорят…

Тут разговор оборвался, а рассказчик неожиданно обратился прямо к ней:

— Мадхен!

Мара попыталась сделать вид, что не слышит, но тот окликнул ее снова:

— Мадхен! Вы же едете из Лендрио?

Хорошо еще, на ней была накидка скрывавшая волосы и верхнюю часть лица!

— Да, — сказала Мара, обернувшись.

А на нее уставились с нездоровым любопытством.

— Ну, расскажите нам. Вы же наверняка знаете все про это!

О, да, она знала все. И рассказать могла сейчас, что угодно, ибо уже поняла, чем нелепее ложь, тем охотнее в нее верят.