Короткая передышка, время, которое удалось выгадать, было потрачено с пользой. Работники разложили костры, на которых в двух больших котлах начали топить жир. Все это делалось слажено и без лишних слов. Возможно, так действовала на них уверенность хозяйки, а может, потому что люди чувствовали надвигающуюся опасность.

Когда переговоры у ворот закончились, Гальде снова попытался загнать Мару в башню. Она только качала головой. Нельзя в башню. Здесь люди, простые арендаторы, одно ее присутствие помогает им побороть панику.

— Скоты без чести совести, — ругался сквозь зубы Хиберт, он был самый старый из присутствующих и хорошо помнил прежние набеги.

— У них нет лестниц и осадных орудий, — сказал Гальде, оглядываясь в сторону осаждавших. — Это передовой отряд, они будут ждать подхода основных сил. Встанут лагерем.

— Помяните мое слово, полезут! — ворчал старик.

Тем временем уже начало темнеть.

Теперь оставалось только гадать, пойдут грихвальдцы прямо сейчас на приступ, или встанут лагерем перед замком. Осаждавшие зажгли костры, однако по их поведению нельзя было сказать, что они собираются делать дальше, Но вот несколько человек отправились рубить молодые деревца.

И Мара вдруг поняла.

Поспешность, с которой все делалось.

— Они не будут ждать утра, пойдут на штурм сейчас, — пробормотала она.

Это означало только одно — разорение, а, возможно, и разрушение родительского дома. Она невольно оглянулась вокруг, замок только-только начал приходить в божеский вид. И еще недавно она готова была пойти на что угодно, чтобы его восстановить. Ладно, не на что угодно, мелькнула мысль.

Но сдаться врагу, чтобы спасти родительский дом от разрушения? Никогда. Ее отец перевернулся бы в гробу. И потом, нет никакой гарантии, что грихвальдцы не сожгут замок. Она помнила вонзившийся в ворота болт.

А между тем, движение среди осаждавших стало активнее. Уже стемнело, и было все труднее разобрать, что там происходит, но когда те столпились вокруг костров, Хиберт, не отрываясь наблюдавший за ними, вдруг выкрикнул:

— Горящими стрелами будут забрасывать! Как пить дать!

Горящими стрелами?

А у них леса с одной стороны главной башни выстроены. Во дворе сложены пиломатериалы, на галереях свежий настил. Все это загорится, начнется пожар, будут раненые. Но главное — не допустить паники.

— Воды! — приказала она. — Таскайте из колодца ведрами, лейте на леса! Все доски максимально оттащить к наружным стенам! Топите жир, готовьте ковши и черпаки. Хиберт, давай!

— Какого черта, леди Хантц?… — с какой-то непередаваемой смесью злости и уважения прошипел сквозь зубы Гальде. — Шли бы вы отсюда!"

"Видно было, что мужчину так и подмывает силой отправить ее в башню. Однако он сдержался. В конце концов, тут сейчас каждому работы хватит.