Взвизгнула женщина. Влад обернулся. Шарлотта съежилась в углу салона, смотрела со страхом. Перед посадкой в машину Градов заставил ее переодеться. В сером плаще и темной юбке она смотрелась уже не столь вызывающе.

У противоположной двери ухмылялся Нагорный. К нему прижимался Олежка Романовский. Он старался держаться от путаны подальше, видимо, боялся подцепить венерическую болезнь от одного только прикосновения к ней.

– Ничего, командир, доедем, – пробормотал Нагорный. – Вот дождь кончится и быстро доберемся.

О том, что случилось прошлой ночью, Влад не распространялся.

Он известил подчиненных лишь о смерти госпожи Майерс. Все остальное им пришлось додумывать. Они это делали со стопроцентным попаданием, языки не чесали, смотрели с сочувствием.

Дождь оборвался внезапно, разбежались тучи, и луна озарила окраину разбомбленного района.

– С богом, товарищи, – пробормотал Грамарь, выводя «газик» на дорогу.

В этом районе не было ни военных, ни гражданских объектов, патрули почти не попадались. Советскую машину пока никто не останавливал. Вскоре город остался в стороне, мимо проплыл разрушенный поселок, тянулись симпатичные еловые аллеи.

За решетчатыми заборами мелькали особняки в готическом стиле. Этот район бомбежке не подвергался.

У открытых ворот стоял «студебекер», английские солдаты выгружали ящики. Работал переносной прожектор. На машину с советскими номерами британцы смотрели с подозрением, но останавливать не стали. С русскими лучше не связываться.

Строгая пропускная система еще не действовала, хотя ходили упорные слухи о том, что скоро советская зона будет наглухо отгорожена от всех остальных. Эти разговоры имели основания.

За поселком начались леса, дорога вырвалась на простор, ныряла в низины, поросшие ельниками.

За развилкой британский патруль остановил машину. К ней подошли солдаты с автоматами. Лейтенант осветил фонарем салон, увидел ухмыляющегося водителя в сдвинутой на затылок фуражке. Рядом с ним сидел пассажир с погонами майора. Тот непринужденно курил, поигрывая позолоченной зажигалкой.

На заднем сиденье было еще краше. Шарлотта вдруг оказалась зажата между советскими офицерами, давила из себя вымученную улыбку. Справа ее обнимал Нагорный, слева – Романовский.

Оба смеялись, наперебой несли какую-то чушь.

– Хай, бади! – воскликнул Нагорный, блеснул своими выдающимися познаниями и украдкой ущипнул Шарлотту.

Она хихикнула.

Офицер поморщился. Он был серьезен, как памятник.

– Что-то случилось, приятель? – на ломаном английском спросил Градов. – Виноваты, заблудились, отдыхаем. Порекомендуешь приличное заведение в округе? Выпьем за героических парней из Туманного Альбиона!

В принципе, офицеры выглядели нормально и вели себя не вызывающе.