Арина

— Ты же сказал, что не тронешь меня! — прошу я.

Я резко ноги свожу. Вместе. Стискиваю изо всех сил.

— Не трону. Но спустить надо… Давай, Малая. Задницу мне свою подставь. Я по ней проедусь немного…

Зверь меня рывком переворачивает и ягодицы мнёт. Кричу. Захлёбываюсь в панике.

Его дубина толстая сразу же между ягодиц вонзается.

— Не ори, дурная. Я вчера твою щель порвал. Если в задницу насухую брать буду, то потом ни один хирург не залатает, как было.

Накрывает меня своим телом. Ягодицы раздвигает. Зубами в затылок вонзается. Как зверь в холку самки. Он и есть Зверь. Похотливое животное.

— Я тебя между булок попользую. Но внутрь долбить не стану, — прерывисто шепчет.

Стонет. Пошло. Отвязно.

Всё кажется ненастоящим.

Я пытаюсь из-под него выбраться. Совершаю новую попытку. Зверь сильнее наваливается.

— Не дёргайся. Только распаляешь. Я на скорости тебя и выдолбить могу. Не рыпайся, Малая… — почти просит.

Боже. О чём я только думаю. Он не просит. Он констатирует. Просто говорит. Обещает. Предупреждает.

И нужно замереть. Не двигаться. Не елозить под ним, пока он, ягодицы раздвинув, членом огромным туда-сюда скользит. По касательной. Лишь изредка тугой анус задевает.

И в этот момент его дыхание становится чаще. Стоны утробнее.

— Выдрать бы тебя в задницу. Но ты маленькая — порву. И от этого дети не родятся. А так сладкая ягода у тебя. Аппетитная, жесть…

Шлёпает по заднице.

— Нетронутая ягода, да?

Утробное рычание хищника над самым ухом. От его слов в моём мозгу ужасы проносятся. Картины порочные и гадкие. Как его арматура раскалённая вонзается между ягодиц. В анус. На всю длину. Зажимаюсь.

— Сечёшь, что надо делать, да? — довольно стонет. — Сдави сильнее, — командует. — Как будто в твой тоннель въезжаю… Да! Ещё…

Его член длинный. Толстый. Жилистый. Каждую вену вздувшуюся на его стволе чувствую.

Жёсткие волосы нежную кожу царапают. Он весь рельефный и жёсткий. Властный. Даже яйца его звонко ударяются об меня. Словно шлёпает меня и ими тоже.

Горячий вздыбленный орган скользит между ягодицами. Как по маслу ходит. Сминает половинки ягодиц и жёстче ходить начинает.

Не заходит внутрь. Просто по поверхности трётся. Но Зверь стонет так, как будто внутрь долбится.

— Выгни задницу мне навстречу.

Приподнимает меня. Выставляет так, как ему нужно. Лицом в низ. В постель. Попа позорно отставлена.

— Вид закачаешься. Ещё бы текла, цены бы тебе не было, — ухмыляется. Гладит пальцами ягодицы. Потом жёстко бёдра обхватывает.

Ускоряется. Его яйца полные и тяжёлые об лоно бьются. Звонкими шлепками. Волосы жёсткие царапают нежные складки. Как проволокой.

— Ведьма-а-а… Не течёшь, не стонешь, но драть тебя хочется. Нанизывать на ствол. Долбить. Вертеть, так что бы имя своё забыла! — рычит он.

Шлепок отвешивает.