Багировы вряд ли оставят в живых тех, кто помогал их беглянке.

— Ты можешь уехать без меня и в любой момент, — эти слова вырываются сами по себе.

— Я уже говорил, Мари. Ты мне небезразлична. И я искренне. На самом деле. Хочу тебе помочь. Поверь. Любовь, память о человеке, все это однажды сотрется. А жизнь у нас всего одна, Мари. Не стоит ею жертвовать и бездумно швыряться.

— Ты прав.

Сдерживаю руку, которая уже опускается на живот."

"Нет. Не надо ему лишний раз напоминать о ребенке. И знать было о ребенке. До последнего не надо! Интуиция вопит об этом с самого первого дня, когда я оказалась в доме Наины.

И лучше не выглядеть бледным привидением. Чтобы раньше времени Динар не потащил меня на обследование!

Чего я так боюсь? Похоже, он искренне помогает. Динар ничем и ни разу меня не обидел.

Но эти его взгляды… Эти вспышки в глазах…

Мне кажется, нет, я точно уверена, что он возненавидит этого ребенка! И не исключено, что захочет от него избавиться!

Возможно, я сходу с ума, но сейчас я ни в чем не уверена.

Я видела, как вспыхнули его глаза, когда он узнал о похоронах Бадрида.

Может, это паранойя. Но нет никаких гарантий, что Динар не договорится с врачами. И что они не причинят вреда моему малышу под видом обследования…

— Через час пришлют платья, Мари. Надеюсь, ты справишься. Очень. Очень важно, чтобы ты постаралась!

Да. Я справлюсь.

Выхода все равно другого нет.

Придется постараться. Нанести такой макияж, чтобы под ним не было видно ни бледного, почти серого лица, но темных кругов под глазами.

Улыбаться. Пусть через силу. Пусть от этой улыбки внутри все будет переворачиваться и челюсти сводить.

Но я справлюсь.

А после, когда Динар подпишет контракт, мы уедем.

Главное, я буду в безопасности. Смогу думать о малыше. Заботиться о нем. Не вскакивать по ночам от каждого звука в ужасе от того, что братья или отец Бадрида смогли нас найти!

А Динар…

Надеюсь, он сдержит слово. И правда не будет предъявлять претензий и заявлять каких-то прав.

Но в последние дни я совсем его не узнаю. Он словно изменился.

Нет. Внешне все выглядит, как и раньше. Он так же заботлив и предупредителен. Предельно вежлив. Но…

Я вижу страшные вспышки в его глазах.

Не те, что раньше. Не желания и страсти. Совсем другие.

Какой-то отчаянной ярости.

В такие моменты мне хочется от него отшатнуться. И сбежать!

Я могу найти этому пояснения.

Он любит меня. Похоже, что и правда. По-настоящему испытывает чувства.

Видимо, его приводит в такую ярость то, что я скорблю по Бадриду.

Но он должен понимать.

Я люблю одного. Единственного. И это не изменится. Никогда!

А если Динар этого не примет, то не примет и нашего ребенка.