Я запнулась и подняла взгляд на мужчину, который перевернул всю мою жизнь вверх дном.

Во мне все так остыло, что едва ли ненависть – это то, что я сейчас испытываю. После изнасилований – да, ненавидела. Первые месяцы беременности – ненавидела. Затем поняла, что своей ненавистью я делаю хуже только своему ребенку, что зарождается внутри меня, и я заглушила эту ненависть. Не сразу и не вся, но постепенно она сошла на нет, а теперь же прошло столько лет, что я и забыла, как она – эта самая ненависть – пахнет.

- Тебе тут родители кое-что передали. Твои родители.

После этих слов Тимур приносит из прихожей много пакетов. В одном из них лежит фотоальбом, а в записке к нему приложено: «Для Ульяны от дедушки с бабушкой». Большой фотоальбом, не такой, как сейчас в современности делают. Сдерживая свой порыв обнять эту вещь, я настороженно смотрю на Тимура.

- Что ты делал у моих родителей?

- В гости заезжал. Чай попили, поговорили, и я уехал. Было бы неплохо съездить к ним втроем, как считаешь?

- Втроем? Ты ничего не путаешь, Тимур? Впрочем, хватит об этом. За окном темнеет, а у тебя впереди несколько часов дороги.

Вглядываюсь в его черты лица, отыскивая в них ожидание того, что я предложу остаться. Но не нахожу. Он принимает реальность, встает из-за стола и направляется в прихожую.

Сейчас лето, дороги не заметены снегом, а это значит, что он благополучно доберется до столицы.

- Там подарки кое-какие. Для вас. Буду рад, если ты их откроешь, а не выбросишь, - тихо проговаривает он.

Наблюдаю за тем, как он собирается.

- Не нужно больше приезжать. Нас ничего не связывает.

- Ты права. Нас ничего не связывает, ведь несколько недель назад Андрей совершил самоубийство в психиатрической больнице, в которую он был заключен.

Дрожь пробирает мое тело, а жалость забирает все мои мысли. Какие все-таки женщины - непонятные существа… Этот человек сделал мне больно, он мог меня убить, а мне просто жаль, что он завершил свою жизнь вот так и в таком месте…

- Это правда? – встречаюсь с Тимуром взглядом, - почему Альберт мне не сказал?

- Я решил сам сообщить тебе. Если не веришь, позвони моему отцу.

- Верю, - вздох, - как твои родители теперь? – становится их жаль.

- Андрей мне не родной, Вика. Ты наверняка уже это знаешь.

- Разве это повод для равнодушия? – восклицаю я.

Тимур хмурится, а его губы находятся в напряжении.

- То, что он сделал с тобой, для меня это есть повод для равнодушия.

- А то, что со мной сделал ты?!

В следующую секунду меня пронзает порывом ветра – Тимур оказывается непозволительно близко ко мне и с такой же молниеносной силой он хватает меня и прижимает к стене своим телом. Все происходит за считанные доли секунды, и я успеваю вскрикнуть лишь в последний момент.

- Тихо… ты разбудишь Ульяну.

- Отпусти меня, - мой голос ощутимо охрип от страха.