Аск мирно спал, а из комнаты Мирлы виднелись отсветы работающего телевизора.

— Тебя по «интерканалу» показывают! Передача про террористов! Представляешь? Я сначала думала, что это не ты. А как в суде ты говорил, я тебя узнала. За тебя пятьдесят тысяч назначено! Вот здорово! Тебя на всю галактику показали. Ты знаменитый человек!

Она ещё тарахтела, а он, кутаясь в одеяло, уже шёл в её комнату посмотреть на телевизор.

— …При этом наймиты нередко стараются разжалобить судей. — Говорил комментатор. — И не только их. Взять пример того же Мартера. Давайте посмотрим ещё одну видеозапись из зала суда.

На экране Спайк увидел себя. Он стоял в металлической клетке, жалкий и беспомощный уверял судей, что он не имеет дела ни к банковскому счёту, ни к гибели людей, ни к «Чёрной Звезде», которая и организовала этот теракт. Судьи скучали, присяжные презрительно смотрели на него и не верили ни единому его слову.

— Не убивал я никого! — Теряя над собой контроль, закричал тогда Спайк. — Всё это ложь! Вы. Говорите по существу.

Но подсудимый уже молчал. Он сел на скамью. Согнувшись, обхватив голову руками, плакал. И в этот момент чей-то звонкий голос выкрикнул из зала:

— Держись, Спайк!

В зале возникло волнение.

Камеры повернулись и на мгновение выхватили из толпы лицо взволнованной девушки.

— Как вам не стыдно? — Кто-то полез к ней, то ли в драку, то ли с уговорами устыдиться, — у меня там сын погиб, а ты… Дрянь!

Толпа смешалась. Подбежали полицейские и замахали дубинками. Возникла потасовка. Кто-то выбежал с разбитым носом. Вновь мелькнуло лицо девушки и демонстрацию видеозаписи прервали.

В тот день, Спайк не понял, что за сутолока возникла в зале.

Он слышал чей-то крик, но не разобрал его. Не узнал он и голоса, но сейчас, глядя на эти кадры, понял кто пытался его поддержать. Ольга Той. Она тоже была космоспасателем, но училась на два курса впереди. Несколько раз она играла роль террориста, когда на учениях отрабатывали эвакуацию людей с гибнущего лайнера. Оба раза Спайк не смог её переиграть и оба раза получил высокий балл за свои потуги. Ольга, казалось, дразнила его. Смеялась над ним и говорила, что он ещё зелёный мальчик, чтобы бороться с ней. Объективно, она была права. К тому времени она заканчивала обучение и действовала куда умнее, чем он. Спайк обижался на неё и уходил прочь. Более всего обижало то обстоятельство, что его одолевала девушка. И пусть она была из выпускного курса, она была девушкой, а значит, он не должен был ей проигрывать. Но однажды он услышал её отзыв в свой адрес:

— Пацан — класс! Я уж думала, ничего у меня не получится. Если бы «кухня» мне не подфартила, сидеть мне в наручниках.

«Кухней» в Академии называли центр по подготовке и проведению «контрольных линий».