Он направился к яхт-клубу и увидел, что «Канопус», кеч капитана Джеймса, успел обогнуть остров и встать на якорь неподалеку от Главной пристани. Деннисон еще тешил себя надеждой, что тот не успеет прийти так скоро. Теперь от разговора не отвертеться.

Писатель сидел на своей посудине, потягивая «Севен-Ап», чтобы заглушить утреннее похмелье. Он одолжил Деннисону бритву и мыло и позволил подняться на борт, чтобы привести себя в порядок."

"Деннисон осторожно поскреб бритвой свою длинную, щетинистую физиономию, вымыл руки и пригладил волосы. Его одежда порядком истрепалась — штопаные-перештопаные штаны и сияющая прорехами рубаха.

С этим уж ничего поделать нельзя. Он принялся внимательно изучать свое лицо, которое в писательском стальном волнистом зеркале предстало по-дурацки вытянутым — исковерканный и нечеткий овал, заостренный сверху и снизу. Единственной примечательной чертой, судя по отражению, были глаза. Ясный и прямой взгляд, вобравший синеву и блеск озаренного солнцем моря. Хотя это поганое зеркало испохабило и их, заставив растекаться, становясь то шире, то уже, по всей волнистой поверхности.

— Какого черта ты не заведешь себе приличное зеркало?! — крикнул Деннисон.

— А мне нравится это! — проорал в ответ писатель с палубы.

Деннисон завершил утренний туалет, оглядел себя и решил, что все равно в данных условиях лучше подготовиться он не может. Если Джеймс его не примет, то пошел он к черту, старый козел! Есть и другие варианты.

Он позаимствовал у писателя шлюпку и погреб к «Канопусу». У его кормы были пришвартованы еще несколько шлюпок, а на кокпите, под тентом, сидела группа людей.

— Тоже претендент?

— Да, сэр.

— Я — Джеймс. Швартуйся и залезай на палубу.

Итак, перед Деннисоном стоял знаменитый Джеймс, который обогнул мыс Горн на трехмачтовике «Звезда Океана», которого знали в Африке, Индонезии и Южно-Китайском море, а также в Южной Африке и на островах Тихого океана. Тот самый Джеймс, джентльмен удачи, сражавшийся почти во всех войнах, которые прогремели за последние тридцать лет, мывший золото в Новой Гвинее, водивший торговую шхуну на Гебридских островах и пахавший вместе с рабами в Сенегале. Джеймс, который идет на риск, потому что так устроен, никогда не подстраховывается, делает свое дело и вообще не думает о себе.

Путешественник до мозга костей — камень всегда остается камнем, картофель картофелем, а Джеймс вечным скитальцем. Поэтому неудивительно, что на Деннисона он произвел впечатление.

— Доброе утро, сэр, — поздоровался Деннисон.

Капитан Джеймс кивнул. Ему было слегка за пятьдесят, рост — повыше шести футов, крепко сбитый и массивный человечище. Одет в футболку и штаны цвета хаки, на ногах туфли на резиновой подошве. Старая капитанская фуражка сдвинута на затылок.