– Появляются некоторые несостыковочки, недоговорённости. Как-бы прослеживается ваша связь с подозреваемыми. Так сказать, в условиях, возможно, достаточно долгого и более тесного знакомства…

– Я поняла вас, – Оля взяла ручку и нетерпеливо постучала ею по столешнице.

– Тогда я вас оставлю, – запихнув эту папку и несколько других подмышку, он вышел из кабинета, оставив Олю одну."

"Пришлось изрядно помотать себе нервы и мозги, чтобы облечь историю в более-менее связный текст, не рискуя выдать при этом собственные тайны. Пару раз в голове вместе со злостью вскипала мысль о том, что лучше бы газ взорвался, уничтожив и эту троицу, и её саму. Ведь ни Марину, ни девушек уже не вернёшь. И, если следователь намекает на возможность для Тищенко и Гуциева избежать наказания, то, прости меня Господи, надо нанимать не адвоката, а киллера.

Ещё через час, исписав несколько листов, изорвав и того больше, Оля, в пятый раз перечитав написанное, пошла искать бывший кабинет Макарова. Вручив бумаги, поставила подпись там, где этого требовал следователь. Затем передала ему сумку Марины со всем содержимым.

– Вам придётся сдать отпечатки пальцев, Ольга Павловна.

Ещё полчаса ждала дактилоскописта, сидя у невзрачной двери в лабораторию. Потом пыталась смыть чёрную пасту с пальцев в туалете под заунывное гудение труб, оплакивая свои перспективы.

Лаврика она ждала у входа, сев на ступеньку. Через десять минут вышел дежурный и велел ей убраться. Что ж, принять её сейчас можно было только за женщину, не отягощённую социальными рамками приличия, поэтому она села прямо в траву газона у основания тополя рядом с Платоном.

Автозак с поперечной синей полосой она заметила ещё на повороте. Из одной двери вылез водитель, а из второй – Лаврик. Они попрощались друг с другом за руку, и парень быстро поднялся и исчез за дверьми горотдела полиции. Лаврик, похлопав себя по бокам, оттянул вниз полы старого пиджака и направился прочь, когда его заметил Платон. Пёс даже что-то сказал на человеческом языке, во всяком случае именно так показалось Оле, когда рядом раздалось его глухое бормотание.

– Дядя Лаврик! – Ольга подбежала следом за псом, уткнулась в плечо старика.

Лаврик отпрянул, разглядывая девушку, но она только сказала:

– У меня ни паспорта нет, ни денег, ни телефона. Обещали вернуть. И у меня столько неприятностей и, вообще, всё ужасно…

Лаврик взял Олю за руки и хорошенько потряс.

– Да что с тобой случилось?! Ты ж как… как… крыша, что ли, на тебя свалилась? Или кирпичом прибило? Ей-богу, я краше смотрюсь. Оставить нельзя, обязательно в какую-нибудь историю попадёшь! И что с тобой делать? Идём уже, горе моё! – Чуть сгорбившись, решительно потащил её за собой.

По пути они зашли в отделение банка, где Лаврик снял деньги.