— А нечисть? — не отставал я от Григория.

Бес сделал отчаянную попытку вспомнить. В этот момент его волосы стояли дыбом, а вена на лбу пульсировала. Если честно, больше походило на то, что он сейчас что-нибудь отчебучит. А из-за дерева выбегут санитары и уведут его прочь.

— Не припомню. Хозяйка наших не особо жаловала. Все больше с рубежниками, да чужанами общалась.

Угу, у меня та бабка создавала впечатление милой расистки. Шучу, она вообще казалась божьим одуванчиком. Пока не стала вещать потусторонним голосом.

Но то, что к ней не ходила нечисть еще не говорило о том, что хист питается любой благодарностью. Всех возможных существ. Если так, то это не просто удача. А джек-пот. Словно мы сели играть и мне все козыря раздали. Даже на минуту страшно стало.

Я вернулся к напряженной нежити и улыбающемуся лешему. Причем последний посматривал на меня с явным интересом. Правда, убедившись, что не собираюсь ничего рассказывать, заговорил сам.

— Посмотри печать, скажи, что думаешь, Матвей. Только пообещай Грыцу, что сундук его не тронешь. Так ему спокойнее будет.

— Да, мне дядюшко леший рассказал все, — кивнула нежить. — Меня вроде как заложником при сундуке оставили. И есть способ от клятвы освободить. Но у меня все равно нечто вроде злости внутри растет, когда рядом с заветным сундуком ходят.

Пришлось в очередной раз поручкаться не с совсем живым существом и клятвенно заверить, что я на клад не претендую никакими долями и процентами. И вообще здесь исключительно с искусствоведческой и культурологической миссией. Чтобы потом зимними и холодными вечерами перечитывать черную тетрадь. Где про копшу будет написано много и подробно. Сдается мне, если старуха не жаловала нечисть, то нежить у нее вообще было нечто бранного слова. Хотя, держи друзей близко, а врагов еще ближе. В общем, поглядим.

Я медленно пошел в ту сторону, откуда на нас выскочил Грыц. И в то же время прощупывал местность на наличие чего-то чужого, сильного. Результат не заставил себя ждать.

Нити, больше похожие на толстую, покрытую пылью паутину, сходились в одном месте. И вообще вся это система напоминала странную модель древнерусской сигнализации «Богатырь 3.0». Подбретеся кто-то близко, она и сработает. Там, где я шел, нити были толстенные, величиной с канат, а дальше, к стройке, уходила жила шириной не больше мизинца. Но этой паутиной было окутано все вокруг.

И тогда мне стало ясно, что я все делаю правильно. Ближайший коттеджный поселок рос. Даже если та придумка Светланы с редкими краснокнижными растениями прокатит, сюда все равно будут ходить люди. И начнут все больше нервировать Грыца. Если человек постоянно находится в напряжении, то рано или поздно сорвется. Думаю, с нежитью примерно то же самое.

Печать словно застряла в могучем дереве.