Наконец, веревка поддалась, когда отец Василий подцепил ее зубами. В этот момент Клещ у стены странно затих. Повернув голову, священник увидел, что зэк с разбитым лицом навострился уползти к выходу.

– Замри, гаденыш! – рыкнул на него отец Василий. – Еще шевельнешься, я тебя заточкой к полу приколю!

Клещ послушно замер, испуганно глядя то на странного священника, то на своего бездыханного товарища. Размотав веревку на руках женщины, отец Василий принялся за ее ноги. Здесь дело пошло быстрее, потому что веревка была короткая и связать ею ноги женщины зэки толком не смогли.

– Посиди, дочка, руки и ноги потри, чтобы кровообращение восстановить, – посоветовал священник женщине, – а я пока этих гопников свяжу.

Женщина закивала головой, размазывая слезы по грязному лицу, и нечаянно задела разбитую губу. Она ойкнула, посмотрела на размазанную по руке кровь и снова залилась слезами.

– Ничего, ты поплачь, – вздохнул отец Василий, – тебе это сейчас полезно. Как противошоковое лекарство.

Посмотрев на лежащего на спине коренастого, священник решил, что минут десять тот в нокауте проваляется.

Свой удар он знал.

– Ну-ка, отрок, – сказал он Клещу, подойдя к нему вплотную, – поворачивайся на живот, руки заведи за спину.

– Слышь, дядя, – заскулил Клещ, отползая от священника, который стоял перед ним с веревкой в рука, – отпустил бы ты нас. Че те, медаль за нас дадут? Ну помахались маленько – ты победил. А? Может, пойдем мы своей дорогой? Девку вон не тронули. Хлебца поели, молочка попили, и все...

– Заглохни и на живот, – вкрадчивым голосом посоветовал отец Василий, присаживаясь рядом с Клещом на корточки.

Зэк попытался еще что-то сказать, но священник взял его за кисть руки и рывком вывернул руку, заваливая парня лицом вниз.

Клещ ойкнул и задергал длинными ногами, пытаясь вырваться. Отец Василий наступил коленом ему на икру, продолжая удерживать кисть руки, и пальцем другой руки сильно надавил под щиколотку.

– Будешь дергаться, – рявкнул он на зэка, – я проткну тебе заточкой сухожилия вот здесь! Знаешь, что потом с тобой будет? Знаешь, – удовлетворенно заметил отец Василий. – Полгода будешь на карачках ползать, а потом ходить до конца жизни так, будто в штаны наложил.

Вот тебе мужики погоняло прилепят! Соответствующее."

"Клещ затих и, постанывая, послушно завел руки за спину. Отец Василий быстрыми движениями скрутил ему кисти веревкой. Задрав робу, с сожалением увидел, что ремня на штанах у Клеща нет. Тогда он повернулся к ногам зэка, развязал на его ботинках бантики шнурков, затянул их потуже и связал друг с другом плотно на двойной узел, так, чтобы пришлось потом только ножом резать. Даже если зубами дотянется, все равно не развяжет.