– Внимание! Батальон, к бою! Стрелять только по моей команде! Пионеры и артиллерия работают по своему усмотрению после первого ружейного залпа!

Сухо защелкали взводимые курки, а с восточной стороны уже раздавался еле слышный пока еще топот огромной конской массы.

«Плотно идут, – с удовлетворением подумал Егоров, вглядываясь в показавшуюся голову колонны. – Видно, поскорее к себе убраться спешат. Значит, погоня на самом хвосте висит, поджимает их».

– Триста, двести, сто шагов, – считал вслух Алексей.

Вот черная масса конницы поравнялась с местом засады.

– Огонь! – выкрикнул он и сам выжал спусковой крючок штуцера.

Две с половиной сотни ружей разом ударили в такую близкую к ним цель. Один за другим, слившись в единую канонаду, грохнули единорог, фальконет и «направленные» фугасы. Сотни мелких свинцовых шариков выкашивали все на своем пути, буквально разрывая тела людей и животных.

Прочь из этого ужаса! Сотни коней, перескакивая через груду кровавых шевелящихся тел, ринулись вперед.

«Баба-ах!» – сработал на льду самый большой, обложенный мешками с пороховой мякотью фугас. Вверх поднялся фонтан воды, а в образовавшуюся огромную полынью заскочили первые ряды не успевшей затормозить конницы.

Вниз со склонов полетели гренады и ударили пистолетные выстрелы. Заваливая все трупами, вперед прорвалось сотни четыре всадников. Пара сотен обезумевших от ужаса турок развернулась и ускакала назад, туда, где их встретили уже нагоняющие конные пикинеры.

* * *«Бам! Бам! Бам!» – в версте от устья реки слышалась канонада выстрелов и взрывов. Там сейчас шел бой засадных рот.

– Прицел – три сотни шагов! Курок взвести! – скомандовал Самойлов. – Первый выстрел залпом, второй без команды и по мере перезарядки!

Вот он, враг! Из-за поворота реки показалась несущаяся во весь опор масса вражеской кавалерии.

– То-овсь! – прокричал подпоручик. – Ого-онь!

Пять десятков стволов ударили залпом. И почти сразу же после него хлопнул выстрел из стоящего в самом центре баррикады единорога. Ближняя картечь с истошным воем хлестнула по скачущим туркам.

«Быстрее, быстрее!» – тукала в висках мысль. Руки сами делали всю нужную работу. Порох на полку замка, закрыть крышку, остальное всыпать в ствол и протолкнуть пулю шомполом прямо в патронной бумаге. Курок на боевой взвод, и вот она цель. В пятидесяти шагах от саней впереди всех летел молодой турок с искаженным от ужаса лицом. Мушка совместилась с целиком на его груди. Бам! Облако от сгоревшего пороха закрыло фигуру, а Николай уже выхватил из кобур оба своих пистоля. Бам! Выстрел в вынырнувшего из порохового облака первого кавалериста. Второй турок почти что натолкнулся на стоявшие поперек его пути сани и вздыбил своего коня.