Почему Василиса не толстеет я понял, когда вышел из очередного автобуса вслед за ней и еще парочкой бабок. Бабки свернули в одну сторону, а Василиса на дорожку к лесу. Одна. Дура… Нет, не так, это ж какой надо быть идиоткой, чтобы пешкодрапать одной по лесу в такой час? Дабы остаться незамеченным, притормозил специально, а потом понял, что уже не могу нормально забираться по идиотским горкам. Устал неимоверно. И только когда впереди не обнаружил едва виднеющегося белого цветастого платья, малость напрягся. Достаю из кармана телефон — не ловит. Сука. Оборачиваюсь по всем сторонам — ни хрена нет Василисы. Ничего другого, кроме как побежать по одной из дорожек — не придумал. И бежал до тех пор, пока не остановился отдышаться, и именно в этот момент мне со всей силы прилетело чем-то твердым в затылок…

Глава 4

Есть хочется так, словно я ничего не употребляла в пищу как минимум сутки. Перевожу взгляд на часы: без десяти шесть. В принципе, успею подкрепиться до следующего пациента. Забираю из холодильника контейнер с едой и возвращаюсь в свой кабинет. М-да… поесть спокойно моя коллега, и по совместительству хорошая знакомая Светочка, мне не дает.

— Приятного, — кивает на мой контейнер в руках. — Ты еще не все?

— У меня на сегодня еще три записи, — сажусь за стол, но есть не спешу. Чувствую по ее взгляду, что Света пришла сюда не просто так, а явно поболтать, точнее излить на меня словесный поток в одностороннем порядке.

— Ясненько. Откуда цветочки? — указывает взглядом на букет.

— Да пациент какой-то ненормальный прислал, — равнодушно пожимаю плечами.

— А я уж думала наконец-то нашла себе мужика. Слушай, Васюш, у меня ж беда случилась. Меня Коля в ту пятницу бросил. Представляешь?

— Ну ничего страшного, нового найдешь.

— Так нашла уже. Можно? — указывает взглядом на мой контейнер. Киваю, мысленно прощаясь со своей кровянкой. — Новенького Витей зовут.

Имена любовников Светочки, в целом, я не запоминаю. Она — забавная, и в общем-то классная, именно поэтому я с ней общаюсь. Хотя вру, не только поэтому. Именно Светкины любовники иногда помогали мне что-то сделать по дому. Вроде бы Коленька как раз и был последний, кто помог после зимнего снегопада залатать парник.

В лет двадцать с такой, как Света я не то, что бы не общалась, а обходила стороной. И, как минимум, считала бы ее… плохой. Из меня вырывается смешок, когда я невольно вспоминаю свое деление на плохих и хороших. Все-таки в снятии розовых очков и прибавленных годах есть свои плюсы. В двадцать я бы точно посчитала ее легкодоступной и неразборчивой шлюшкой. Уж слишком категорична была в этом вопросе. Сейчас же, смотря на Свету, могу сказать, что никакая она не шлюшка. Просто женщина, которая живет так, как ей нравится и хочется.