– Этого ещё не хватало!

Всё ещё не отойдя от шока, он сделал большой глоток и с совсем уже нецензурным сопровождением привычно выплюнул обратно. Это карма. Просто карма какая-то! Кофе опять был солёным. А со стороны офисов до хмурого и злого, как собака, Царя доносилось радостное:

- А мы сегодня с Сашенькой идём в кино!

- Ой, у вас такие замечательные отношения, - кажется, это Эллочка из отдела кадров. – Я так тебе завидую, Стасик! Вот мой…

Дальше слушать было просто невыносимо. Ладно, это сопливо-рюшечное типично бабское щебетание. Ладно, эти бесящие “зайчик”, “солнышко”, “котёнок”, которые Кирилл без внутреннего содрогания слышать не мог. Да не дай Боже одному из любовников так его назвать! Но морда! Эта довольная, абсолютно счастливая морда, лучащаяся любовью и умиротворением – вот этого он решительно не мог более терпеть.

- Замечательные отношения? - раздраженно и презрительно хмыкнул он. – Это мы ещё посмотрим, насколько они замечательные!"

"========== Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается… ==========

Как и любой злобный и вредный колдун, а именно в таком амплуа предстаёт пред нами Царь-батюшка, Кирилл не испытывал никаких угрызений совести по поводу того, что собирался сделать. Этическая сторона вопроса интересовала его намного меньше, чем практическая. А даже если бы и интересовала, мужчина довольно быстро нашёл бы чем заткнуть тоненький и противный голосок того рудиментарного отростка сознания, что ответственен за моральные дилеммы.

Вы не согласны? Ну, смотрите: любовь, если она есть, штука въедливая, узконаправленная и обладающая примечательным свойством отключать напрочь интерес попавшего под её влияние к другим объектам, кроме избранного. Тут, наверное, кто-то возразит: “Постойте-постойте! Как это, один объект? Разве не бывает так, что человек любит сразу нескольких?” Царь бы вам на это ответил… Кхм… Знаете, я, пожалуй, не буду повторять за ним, поскольку и сама не очень уверена в точном значении некоторых выражений. А смысл сводится к следующему – амур широкого спектра поражения, вроде “А я люблю военных” - это не любовь. Спорить не будем, это его личное мнение, хотя странно, конечно, слышать столь категорическое заявление от человека, не верящего в существование этого чувства как такового. То есть, верить-то он в него верил, но это как вера ребёнка в Деда Мороза – вроде все говорят, что он есть, да и подарки налицо, а как столкнёшься лично - так каждый раз переодетый сосед из квартиры напротив.

Так вот. Кирилл не верил ни в Деда Мороза, ни в государственную пенсию, ни в чистую и безоговорочную любовь между Стасом и Сашенькой. А потому бесил его неимоверно - даже больше, чем вечное сюсюканье - тот ореол святости, которым окружили Магичева местные кумушки.