Они прошли в довольно тесную каморку, единственное огороженное помещение на этом корабле, построенном с единственной целью — как можно больше товара перевезти из одного порта в другой.

Но стул для гостя нашелся, также как и стол, на котором стояло блюдо с вяленым свиным окороком, и две бутылки вина, положенные под подушку капитанской койки. Какой бы веры не придерживался капитан, для хорошей выпивки и закуски он, очевидно, делал исключения.

И двое приятных друг другу мужчин неторопливо и вдумчиво приступили к трапезе. Настолько вдумчиво, что дружно проигнорировали крик рулевого, оповестившего, что их пинк обогнала быстроходная шнява под военно-морским флагом Османской империи.

А на закате, когда «Счастливый» прошел Дарданеллы и вышел в Средиземное море, никто не обратил внимания на сигнальный огонь, загоревшийся над сторожевой башней.

Лишь когда из-за расположенного далеко на западе острова буквально выскочила шустрая шебека под тремя латинскими парусами, которым помогали длинные весла, капитан забеспокоился, на всякий случай приказал взять круче к ветру. Шебека тут же изменила курс. Погоня?

— Два румба к осту!

А что еще? Паруса подняты, скорость максимально возможная.

Для полностью загруженного пинка, и так построенного вовсе не для гонок. Если ветер ослабнет хоть немного… Одна надежда — не дать догнать себя до темноты. А там гаси все огни и меняй курс в надежде, что корабль не налетит на скалу или островок, которых так много в Эгейском море.

То ли молитвы были услышаны наверху, то ли им просто повезло, но и ветер не стих, и пинк обошел все подводные камни к тому моменту, как небо на востоке посветлело настолько, что стал отчетливо виден горизонт.

И тут удача отвернулась от «Счастливого» — вдали на фоне сереющего неба чернел силуэт шебеки. Той самой, что начала преследование с вечера. И ветер стих. Не до штиля, но скорость парусника заметно упала.

В этот момент на шебеке выстрелила пушка. С безнадежным недолетом, но приказ лечь в дрейф был обозначен предельно ясно.

— Кто это? И что они хотят? — Стоявший рядом с капитаном д,Оффуа постарался скрыть волнение.

— Пока не знаю кто, — капитан смотрел на преследователей не отрывая глаз, — но вот их желания очевидны. Корабль и груз присвоить, команду и пассажиров схватить и продать.

Где-нибудь в Тунисе никого не будет волновать, что мы свободные люди.

— Но вера! — возмутился д,Оффуа. — Всевышний запрещает обращать в рабство единоверцев!

Ответом была горькая усмешка. Лишь затем последовало пояснение:

— Все верно. Жаль, что кочевникам на тот завет наплевать, им все равно, кого превращать в ходячие вещи. Так что остается немногое — героически погибнуть или стать рабом. Вам лично какой вариант больше нравится?

Дворянин схватился за эфес шпаги.