Конечно, следовало думать головой, а не членом и пытаться завоевать доверие Вики, но черт, разве он не пытается сделать это каждый раз? Даже глазом не моргнув, Борис убил за нее и готов убивать снова и снова, лишь бы уберечь девушку.

Вздохнув, мужчина поднялся и убрал недопитую бутылку коньяка в шкафчик, где таких уже стояло штук пять. Напоследок взглянув в окно, Кравцов развернулся и пошел к себе, прекрасно понимая, что нужно выспаться, ведь завтра его ждала куча важных дел.

С трудом подавив желание заглянуть к Вике, Борис закрыл дверь в свою комнату и упал на кровать, потому что при мыслях об этой девчонке у него снова стоял, как у прыщавого девственника…

16

Следующие три дня я практически не вставала с кровати по причине красных дней в календаре — видимо судьба решила, что страдаю я не достаточно и подкинула мне дико болезненных месячных в придачу! Таблетки глушили боль на несколько часов, а потом все начиналось заново, заставляя меня скулить и приговаривать, что лучше бы я родилась волосатым мальчиком.

Кравцов заглядывал ко мне пару раз в воскресенье, когда все началось, но мне было и без него плохо, поэтому я попросила его выйти и больше не появляться.

В понедельник ситуация не изменилась, но хотя бы вернулась Мария Николаевна, которая меня и выхаживала, приговаривая, мол рожу и станет легче. С чего такие выводы, я не знаю. Женщина кормила меня сырниками с джемом и рассказывала о том, что все выходные дни провела с детьми и внуками, которые прилетели в гости из Голландии. Я слушала ее и улыбалась, стараясь таким образом оградиться от всего и не думать о плохом.

В гостиную я заглянула всего один раз и поморщилась, хотя никаких видимых признаков того, что была потасовка, не имелось, мне все равно было не комфортно в ней находиться, и предпочтение я отдавала своей уже родной спальне.

Приближалась пора возвращения в университет после карантина, и Светка который день ныла, что я ходячий облом и просто обязана сходить с ней в четверг на какую-то вечеринку, чтобы загладить вину перед скучающей подругой.

Я слушала ее, слушала, а в голосе, казалось бы, мелькали грустные нотки, хотя каждый раз подруга отвечала, что мне это всего лишь кажется, мол, давно не виделись, я отвыкла.

Хорошенько подумав над предложением повеселиться, я вздохнула и согласилась, к тому же колено меня уже почти не беспокоило, а красные дни медленно, но верно приближались к завершению, поэтому в среду за ужином я сообщила о своих планах Кравцову, который второй день по какой-то причине был не в духе.

— Ты останешься дома, — серьезно сказал он, продолжая ужинать.