Она больше думала о том, что может сделать Игорь, его поступки предугадать пыталась, надеясь избежать проблем, а на Димку, наверное, слишком много всего переложила, все свои неприятности и тревоги, и настолько привыкла, что он её поддерживает и советы даёт, не предъявляя никаких претензий, и не ожидала, что в этот раз его ревность, которую он в себе копил уже некоторое время, через край перельётся. И ругала себя прежде всего за то, что просмотрела, не почувствовала, не поняла и, в итоге, он уехал от неё.

Без него было страшно. Вдруг вернулось чувство одиночества, и пусть рядом был отец, дети, но без тёмных серьёзных глаз, которые следили, казалось, за каждым её шагом, чтобы не дай бог она где не споткнулась и не упала, стало пусто. И хотелось кричать и плакать, и за слабость свою стыдно не было. Страх одолел, с отчаянием перемешался, и Марина копила его внутри, как Гранович до этого свою ревность, и боялась теперь только одного — того момента, когда всё это наружу вырвется. Что она тогда сделает? Возненавидит его или поедет в Москву, чтобы в глаза ему посмотреть и сказать всё, что думает? Возможно, давно поехала бы, но останавливали опасения по поводу Натальи. Она так сильно из-за этого переживала, что даже отцу проговорилась, а тот не на шутку удивился.

— Наталья? Это какая, блондинка, что ли?

Марина поневоле усмехнулась.

— Ты её тоже приметил?

Он тут же оправдываться принялся.

— Мне простительно, я блондинками болею, а вот Димка нет.

— Да? Мне стало легче, спасибо.

Стеклов сконфуженно фыркнул.

— Да ладно, Мариш. — А потом его осенило. — Давай я сейчас позвоню в офис и узнаю, кто её в Москву перевёл!"

"— Не трудись, я и так знаю этого человека. Хочешь, подтвердить мои мысли?

— Маринка. — Николай Викторович к ней подошёл и за плечи её взял. Наклонился и губами к её виску прижался. — Маринка, перестань придумывать проблемы. Любит он тебя. Он ведь ожил рядом с тобой, а ты рядом с ним. И даже я в это поверил, представляешь? Давно не верю, а вот в вас поверил. Вам только поговорить надо. И я этого добьюсь, ты меня знаешь. Я вас лбами всё-таки столкну.

— Лбами?

— А почему нет? Поорёте друг на друга, но зато пар выпустите и заживёте дальше.

— Пап, — у неё вдруг губы затряслись. — Он меня в Москву позвал.

Стеклов руками развёл.

— А тогда почему ты здесь до сих пор?

Она повернулась, на отца посмотрела, но промолчала. А вечером, после ужина, сидя рядом с детьми на диване, думала о том, что отец сказал. А на самом деле, почему она ещё здесь? Опять осторожничает? А вот когда в Грановича влюбилась, не осторожничала, вообще ни о чём не думала, и так много получила от него, так чего боится? Он не Игорь, в этом она уверена на сто процентов, Дима никогда через неё не перешагнёт. Если, конечно, она вернуть его сможет.