— Вы не знаете, да? Нарисую… красную!

— И что, ты всерьёз с ним поругался? — спросил Дима позже, когда Эля убежала наверх за новой раскраской.

Антон передёрнул плечами, явно не желая продолжать разговор. И как бы в доказательство этого перебрался на диван в гостиную и телевизор включил. Гранович в одиночестве выпил чая, а потом к Антону присоединился, правда, про отца того больше не расспрашивал.

— Хочу, чтобы мама пришла. — Эля нижнюю губу выпятила и очень постаралась заплакать. Дима с интересом наблюдал, но когда спустя минуту ни одной слезинки не появилось, попытался спрятать улыбку.

Эля носом шмыгнула, сунула Семёна на диван между Димой и Антоном, а потом сама полезла. Дима помог ей взобраться на диван, и не стал возражать, когда она к нему на колени перелезла. В его футболку вцепилась и снова горестно вздохнула. — Где мама?

— Скоро придёт.

— Хочу сейчас.

— Значит, сейчас придёт.

Эля лицом в его грудь уткнулась и предприняла ещё одну попытку зареветь. Похныкала, повозилась, начала тереть глаза, а Антон попросил:

— Можно потише ныть? Не слышно ничего.

Эля Диму обняла и продолжала всхлипывать, саму себя жалея.

Гранович её по волосам потрепал, а сам к своим ощущениям прислушивался. Да уж, серьёзно его жизнь за последнее время изменилась, раз он вечерами теперь детей успокаивает, вместо того, чтобы устроить себе маленький праздник жизни, как поступал обычно, когда в работе наступало затишье. Теперь же он уравнения решает и черепашек рисует. А тосковать и задумываться о правильности происходящего ему попросту некогда.

Эля ногу вниз опустила и помотала ею.

— Хочу Киндер, — заявила она.

Антон фыркнул.

— Позиции сдаёшь?

— А я хочу! Ты не хочешь, Тош?

— Мне что, пять?

— А я хочу печенья, — сказал Гранович. Посмотрел на Антона. — Печенье мама нигде не прячет?

Мальчик задумался на пару секунд, потом головой покачал.

— Нет… Зато есть кукурузные шарики, шоколадные!

К тому моменту, когда Марина домой вернулась, с коробкой готового завтрака было покончено. Даже Семёну досталось немного. Правда, он сначала есть их отказывался, но Антон сумел переубедить. В рот ему насильно сунул, и вскоре котёнок уже вовсю хрустел шоколадными шариками, чем всех смешил.

— Эх, молока бы сейчас. — Дима потянулся, закинув руки за голову.

Эля заглянула в пустую коробку, засунула в неё руку по локоть, вытаскивая последние шарики. На Грановича посмотрела.

— Мама придёт, молочка принесёт.

Дима усмехнулся.

— Ты думаешь?

А как только Марина дверь открыла, Эля тут же с дивана кубарем скатилась и к ней бросилась.

— Мама, ты молочка принесла?

— Молочка? — Марина сделала несколько шагов, чтобы в гостиную заглянуть, смеясь, посмотрела на Дмитрия и сына.