— Вот и хорошо, ты же знаешь где у нас больница?

— Конечно знаю. Как иначе.

— Прекрасно, завтра навестишь японца там и подаришь ему саблю. Я заплачу.

— Это зачем?

— А то, что ты сломал его фамильное оружие. Может это и не значит ничего, кто их знает. Но мне кажется, что так будет лучше.

— Как скажете.

— Зайди вечером к де Карраско, он тебя наградит. Очень ты хорошо показал, кто есть кто.

— Можете не сомневаться, зайду.

Когда я поднялся на трибуну, господин Мацумото спросил у меня через переводчика.

— Господин президент, если это не секрет, что вы сказали вашему воину?

— Не секрет, я сказал ему подарить его оружие господину Есикаве. В компенсацию за фамильный меч.

Судя по всему, мой ответ понравился японцам, и они что-то принялись обсуждать между собой.

— Принц Аяхито благодарен вам, господин президент.

— Я думаю, что его высочеству вместе со свитой будет интересно посмотреть на одну нашу новинку, следуйте за мной.

Когда все снова расселись по каретам, Мария Мануэла спросила меня:

— Что ты хочешь им показать?

— Паровоз Фултона. Сегодня же он начинает работу, удивлять, так удивлять…

* * *— Что ж Роберт, вот и настало ваше время.

— Да, мистер Гамильтон. Я давно этого ждал.

— Ждали и дождались. Давайте, удивляйте и меня и наших гостей.

Мы разговаривали на грузовой платформе прицепленной сразу за паровозом. По случаю открытия железной дороге её украсили флагами Калифорнийской республики, белым полотнищем с медведем и на ней были установлены несколько рядов кресел.

Фултон занял место в кабине машиниста и через несколько мгновений окрестности огласил громкий паровозный гудок, над крышей паровоза встал столб белого пара.

— Всё в порядке? — взволнованно спросила Мария Мануэла.

— Не переживай дорогая, в полном. Я так думаю, что Роберт просто сбросил избыточное давление.

— Или он решил развлечься дешевыми трюками, дорогой.

— Не исключено, — в этот момент паровоз, а за ним и платформа за ним дернулись, и мы начали движение."

"А ничего так едем. Километров двадцать в час по моим ощущениям, если не больше, вдобавок еще и разгоняемся. Молодец всё-таки Фултон, нечего сказать. Это ж надо, на пустом месте за каких-то два года наладил производство паровых машин для промышленности, двигатели для кораблей выпускает, считай, серийно, уже два парохода сделал, вовсю строит третий, который будет уже океанским судном, а теперь еще и это.

Да, этому паровозу пока очень далеко даже до уровня пятидесятых годов девятнадцатого века той истории которую я знал, но все равно, это детище Фултона по настоящему впечатляло.

— Господин Мацумото просит передать его восхищение создателю этого удивительного механизма и просит разрешения пригласить его в Японию, — услышал я сзади голос переводчика.