Снова стрельба! Отчаянная, торопливая! Еще три десятка метров – и Коган увидел, как человек пять гитлеровцев вскочили на ноги и бросились вперед. Они расстреляли кого-то, лежавшего на снегу, и двинулись дальше. Добили раненых, никто больше не стреляет. Коган стиснул зубы и выхватил гранаты. Он добежал до большой ели и присел на колено.

Немцы были рядом, он ясно различал их силуэты.

«Ну, вот вам», – с шумом выдохнул Коган и бросил одну за одной обе гранаты. Два взрыва почти одновременно осветил опушку леса и разбросали вражеских солдат. Схватив автомат, как дубину за ствол, Борис ринулся вперед, но бить было уже некого. Двое из пяти фашистов еще корчились в снегу, обливаясь кровью, но они были обречены. Коган стал торопливо выдергивать из подсумков убитых немцев магазины к автомату.

И тут он услышал рокот авиационного мотора. Самолет! Совсем рядом. Продолжая смотреть в сторону немцев, Коган прислушался. Наконец краем глаза он заметил блеск огня в нескольких сотнях метров. Есть костры! Есть! Еще немного продержаться, и задание будет выполнено – парашютисты будут спасены.

Глава 9

Шелестов смотрел в глаза англичанина так, будто хотел заглянуть ему в самую душу. Что у него внутри, чем его там напичкали?

– Джордж, сорок ваших товарищей погибли, пытаясь высадиться на планерах. Такая операция провалилась! Вам не обидно? Вам не хочется отомстить за их смерть?

– Война, на ней всегда гибнут солдаты, таков их долг, – меланхолично отозвался англичанин.

– Что вы все на войну списываете, что вы оправдываете все войной. А ваш долг не велит вам довести до конца операцию, которая сорвалась? У вас есть сейчас такой шанс. Вы понимаете, что вы станете героем?

– Вы тоже военный человек, – возразил Гилберт, – и вы тоже понимаете смысл слова приказ. Приказы не нарушаются ни в одной армии мира. Потому что тогда армия перестает быть армией. А разведка – такая же армия, в ней такие же законы.

– Есть еще и другие законы и в армии, и в разведке, – покачал головой Шелестов. – Это обязанность каждого военнослужащего – проявлять инициативу в бою. Ваша инициатива – взорвать чертов цех, довести до конца операцию в тот момент, когда лично у вас появилась такая возможность. Не упускайте этот момент. И потом, Джордж, никто ведь не узнает, что в операции принимали участие русские."

"Англичанин внимательно посмотрел на Максима. Кажется, Шелестов нащупал нужную ниточку в этом человеке. Не этого ли он боится, что привлек русских без разрешения руководства? Русские хоть и союзники в этой войне, но по факту наши страны все равно остаются стратегическими противниками. Останутся ими и после войны. И тогда дальнейшей карьере Гилберта конец. Это он понимает лучше Шелестова.