Сейчас его взгляд вспарывал все мои решения, всю мою ненависть и страх, обнажал то, что давно пряталось под всем этим. Унизительное желание его прикосновений. Не важно каких, пусть жестоких. Как можно хотеть того, кто чуть не убил тебя насилием?

— Позови, — прорычал мне в губы и сильно прижал к себе. Так что я почувствовала бедром его эрекцию, и вся кровь бросилась мне в лицо, между ног началась неумолимая пульсация, мне казалось я сейчас разорвусь на мелкие кусочки, если он меня коснется еще раз.

""Аш"" — невольно прокричала внутри и желтые глаза удовлетворенно вспыхнули и погасли.

""Я испугался за тебя…не мог найти""

От этих слов мне показалось, что мое тело стало невесомым, я обмякла в его руках, а он внезапно выпустил и я пошатнулась, схватилась за перевязь, чтобы не упасть. Снова прижал к себе одной рукой, властно, по-хозяйски и в то же время с какой-то дикой жадностью.

— Ты будешь драться? — спросила очень тихо, стараясь сдержать дрожь в голосе.

Он кивнул медленно, осматривая мое тело и снова возвращаясь к лицу, его тонкие ноздри раздувались и дыхание участилось. А у меня дух захватило от этой порочной красоты. Дикой, необузданной, страшной красоты. Когда женщина безошибочно чувствует желание мужчины, когда оно отражается в каждом его жесте и взгляде, отдается ответной дрожью во всем теле, заставляя каждый нерв вибрировать от напряжения.

— Тебя не убьют? — спросила так же тихо. В этот момент пальцы снова сжали волосы на моем затылке:

— Если и так, тебе то что? Боишься за свою шкурку, рабыня?"

"Момент очарования исчез, и я дернулась в его руках чтобы освободиться, но он не выпускал. Сжимал настолько сильно, что у меня на глазах выступили слезы.

— Отвечай! Испугалась за свою жизнь?

— За твою, — выпалила я, мне казалось он снимет мне скальп, — за твою!

— Правильно! — рявкнул он и содрогнулись стены, — Пока цела моя шкура и твоя будет целой. Умная девочка, поняла правила игры, да? Так вот запомни — даже если я сдохну с тобой ничего не случится, ты получишь свободу. Я уже распорядился об этом. Все бумаги в Огнемае. А теперь молись своим человеческим Богам, чтобы меня сегодня зарубили, Шели. Сможешь вернуться домой!

Его глаза снова стали страшными, а по щекам расползлись сетки багровых вен. Не осталось лихорадочного блеска желания. Непроницаемый ледяной холод в диких глазах. Как жидкий азот, который замораживает обжигая. Аш разжал железную хватку от которой ломило все кости, и пошел к двери. Я все еще не поняла значения сказанных мне слов.

Набрав в легкие побольше воздуха, крикнула ему вслед и голос сорвался:

— Мелисса осталась там.

Дверь с грохотом захлопнулась, он даже не обратил внимание на мои слова.

Но через несколько минут я уже сжимала свою подругу в объятиях.